История кадетских корпусов - Туапсинский Кадетский корпус

Перейти к контенту

возврат Главная


Сегодня в нашу жизнь вернулись учебные заведения такого типа как кадетские корпуса.

История России неразрывно связана с историей русских кадетских корпусов. На протяжении почти 300-летней истории воспитанники кадетских корпусов являлись цветом нации, составляли не только славу гордость русского народа, дали не только России, но и всему миру выдающихся полководцев, государственных деятелей, ярких представителей науки и культуры. Кадетские корпуса доказали на практике свою жизнеспособность и на долгое время стали основным центром воспитания и обучения.
Кадет (фр. — младший, несовершеннолетний) — так назывались в дореволюционной Франции молодые дворяне, определявшиеся на военную службу, малолетние дети знатных фамилий, до производства их в
1-й офицерский чин. Вот какую справку по этому вопросу дает Игорь Андрушкевич, председатель Объединения кадетов Российских кадетских корпусов в Аргентине, в своем докладе “Воспитание русской военной молодежи”, прочитанном им в Санкт-Петербурге и в Москве на XVI Общекадетском съезде в
1998 г.: “Слово кадет происходит от уменьшительного “капдет” на гасконском наречии, производного от латинского “капителлеум”, что буквально значит “маленький капитан” или “маленький глава”. Французские “кадеты”, собранные в специальные школы, и стали провозвестниками будущих кадетских корпусов в Пруссии и России.
В царской России с момента учреждения Анной Иоанновной  в 1731 г. “Корпуса кадет шляхетских” и до закрытия осенью 1920 г. последнего кадетского корпуса в разные годы в общей сложности существовало около пятидесяти кадетских корпусов или военно-учебных заведений, схожих по своей сути с кадетскими корпусами. За пределами России после Октябрьской революции в разное время функционировало до пяти русских кадетских корпусов.
   Слово “кадет”, означавшее с 30-х гг. XVIII в. и в русском языке воспитанника военно-учебного заведения, не потеряло своего значения и в советское время. В трудные для Советского Союза годы Великой Отечественной войны постановлением Совета Народных Комиссаров и Центрального Комитета Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков) от 21 августа 1943 г. для устройства, обучения и воспитания детей воинов Красной Армии, партизан Великой Отечественной войны, а также детей советских партийных работников, рабочих и колхозников, погибших на фронтах войны и в фашистской оккупации, были созданы специальные военно-учебные заведения, которые должны были дать возможность детям получить наряду со средним образованием военные и военно-технические знания, необходимые для дальнейшего успешного обучения в средних и высших военно-учебных заведениях Вооруженных Сил и последующей службы в офицерских званиях.

   Училища создавались по типу кадетских корпусов дореволюционной России, и им присваивались названия “суворовские” в честь великого русского полководца генералиссимуса Суворова Александра Васильевича.

Когда в 1689 г. Петр был провозглашен императором, одной из его первоочередных задач стала забота о создании в России постоянного войска с грамотным командным составом и защите государства от внешних врагов. Петр сознавал, что, привлекая на службу в российскую армию иностранцев и посылая молодых российских дворян для обучения военному делу за границу, он не решит полностью проблемы подготовки военных кадров для российской армии. Создание Петром регулярной армии, вооруженной современным оружием, вызвало необходимость готовить в самой России командный состав для руководства воинскими подразделениями и частями. Сложившаяся к началу XVIII в. система подготовки офицерских кадров была не в состоянии снабдить армию офицерами. История деяний великого преобразователя России доказывает, что он постоянно руководствовался твердым сознанием высказанной им истины, что “учение доброе и основательное есть всякой пользы отечества аки корень, семя и основание”.
   До Петра I в России школами, готовящими офицеров для армии, служили два гвардейских полка: Преображенский и Семеновский — для пехоты и Лейб-Регимент — для конницы. Там молодые дворяне проходили солдатскую службу и достигали сержантского чина, который позволял получить низшее офицерское звание (прапорщика или корнета) при выходе из гвардии в армию.

К. Маркс писал, что ни одна великая нация никогда не существовала и не могла существовать в отдаленном от моря положении.

В 1701 г. Петр основал в Москве “Школу математических и навигацких наук” (с 1715 г. — Академия морской гвардии, впоследствии преобразованная в Морской кадетский корпус), которая, по словам самого Петра, была “нужна не только к морскому ходу, но и артиллерии и инжинерству”. Эта школа до 1706 года состояла в ведении Оружейной палаты, а потом была подчинена Приказу морского флота и Адмиралтейской канцелярии. В школу принимали сыновей «дворянских, дьячих, подьячих, из домов боярских и других чинов от 12- до 17-летнего возраста; впоследствии принимались даже 20-летние; комплект учащихся был определен в 500 человек, причем те из них, кто имел более пяти крестьянских дворов, содержались на собственный счет, а все прочие получали от казны «кормовые» деньги».
   Одним из первых учителей школы стал известный в то время математик Л.Ф. Магницкий,  издавший в Москве в 1703 г. первую русскую арифметику с арабскими цифрами. Учебная программа школы включала русскую грамоту, арифметику, геометрию и тригонометрию, с практическими приложениями к геодезии и мореплаванию; в школе также обучали фехтованию. Те из учеников, кто принадлежал к нижним сословиям, обучались в школе грамоте и счету и затем предназначались на службу в писари, в помощники к архитекторам и в разных должностях в адмиралтействе. Ученики из дворян по окончании полного курса школы выпускались во флот, в инженеры, в артиллерию, кондукторами к генерал-квартирмейстеру и “к архитектурным делам, причем они уже на самой службе должны были приобретать дальнейшие, необходимые для каждой специальности, знания и умения”. Здесь же впервые в России стали готовить учителей, которые рассылались по губерниям для преподавания математики в школах при архиерейских домах и монастырях, в адмиралтейских и “цифирных школах”.
   Примерно в это же время возникают специальные инженерные и артиллерийские школы. В 1712 г. в Москве создается инженерная школа на 23 ученика. В С.-Петербурге в 1719 г. также образуется инженерная школа, которая в 1723 году была объединена с переведенной в Санкт-Петербург московской школой. Что касается артиллерийских школ, то, кроме школы, существовавшей при бомбардирской роте, в 1712 году в Санкт-Петербурге была учреждена школа при артиллерийском полку. В 1721 году создается особая школа при С.-Петербургском лабораторном доме, в которой обучались состоящие уже на службе артиллеристы. В том же 1721 г. по указу Петра учреждаются гарнизонные школы для солдатских сыновей. В каждом из 50-ти пехотных гарнизонных полков было положено иметь по 50 вакансий для солдатских сыновей от 7- до 15-летнего возраста. Уже через десять лет число воспитанников гарнизонных школ возросло до 4000 человек. По указу 1744 г. в этих школах обучали “словесной и письменной науке, пению, солдатской экзерциции, арифметике, артиллерийской и инженерной науке”. По достижении 16-ти лет большинство учеников определялось на службу в армейские полки и гарнизоны. Гарнизонные школы, состоя в ведомстве военной коллегии, подчинялись местным комендантам.
   Однако все перечисленные выше военно-учебные заведения не могли в должном количестве и с надлежащим качеством обеспечить в 20-х гг. XVIII в. подготовку офицерских кадров для армии и флота России. Это понимала и императрица Анна Иоанновна, взошедшая на престол в январе 1730 г. и откликнувшаяся на предложение президента Военной коллегии графа Б.К. Миниха и посла России в Берлине графа П.И. Ягужинского учредить в России кадетский корпус.
В указе об учреждении кадетского корпуса, подготовленном при непосредственном участии императрицы Анны Иоанновны, говорилось: “Вечно достойныя памяти дядя наш, государь Петр Великий император, неусыпными своими трудами воинское дело в такое уже совершенное состояние привел, что оружие российское действия свои всему свету храбростию и искусством показало, а для произвождения определиено было указом его величества, все младшее шляхетство в гвардию с начала писать, и тем путем, яко школою, далее дослуживаться ... А понеже воинское дело поныне ще в настоящем добром порядке содержится... весьма нужно, дабы шляхетство от младых лето к тому в теории обучены, а потом и в практику годны были. Того ради указали Мы: учредить Корпус Кадетов, состоящий из 200 шляхетских детей, от тринадцати до семнадцати лет, как Российских, так и Лифляндских и Эстляндских провинций, которых обучать арифметике, геометрии, рисованию, фортификации, артиллерии, шпажному действу, на лошадях ездить и прочим к воинскому искусству потребным наукам. А понеже не каждого человека природа к одному воинскому склонна, токож и в государстве не меньше нужно политическое и гражданское обучение, того ради иметь при том учителей чужеземных языков, истории, географии, юриспруденции, танцованию, музыки и прочих полезных наук дабы видя природную склонность, по тому б и к учению определять... Для известия всему шляхетству, сей наш указ публиковать, дабы желающие явились в Сенате”.
   Разработка проекта положения о корпусе была поручена графу Миниху. В основу первого устава корпуса были положены уставы Прусского и Датского кадетских корпусов. В 1653 г. в Пруссии при курфюрсте Фридрихе Вильгельме были созданы три кадетские школы, которые в начале 1700-х гг. были переведены в Берлин и составили кадетский корпус. К 1730 г. в Прусском кадетском корпусе обучалось 236 кадетов, разделенных на четыре роты. Малолетние кандидаты готовились к поступлению в корпус в Потсдамском сиротском институте. Воспитанниками кадетского корпуса заполнялись основные вакансии прусской армии. В Берлине и познакомился граф П.И. Ягужинский с Прусским кадетским корпусом.
Павел Иванович Ягужинский
 родился в 1683 г. в семье бедного литовского органиста, который в поисках работы приехал с семьей в Москву. В немецкой слободе Петр I повстречал Павла и был поражен большими способностями юноши. Он сделал его своим денщиком, а по существу – адъютантом.
 Павел Ягужинский стал одним из наиболее близких к Петру людей. Петр говорил о Ягужинском: “Что осмотрит Павел, так верно, как будто я сам видел”. Когда Петр ввел должность генерал-прокурора, на нее был назначен Павел Иванович. При Екатерине I Ягужинский был послом в Польше, а при Анне Иоанновне — послом в Берлине. Это был один из образованнейших людей своего времени. В 1735 г. Ягужинский вернулся в Россию, был назначен кабинет-министром и получил графский титул. Ягужинский умер в 1736 г.
   Первоначально в июне 1731 г. в Санкт-Петербурге по указанию Миниха были открыты классы, образно названные “Рыцарской академией”. Вслед за этим последовал указ императрицы от 29 июля 1731 г. об учреждении Корпуса кадет шляхетских.
   Для руководства Шляхетским корпусом кадетов учреждались должности главного директора и директора кадетского корпуса. Главный директор должен был осуществлять общее руководство кадетским корпусом и учебным процессом и обеспечивать связь корпуса с императрицей, проявлявшей к корпусу большой интерес, и Правительствующим Сенатом, имевшим непосредственное отношение к набору кадетов в корпус. Первыми главными директорами корпуса были граф Б. -К. Миних (1731), принцы Антон-Ульрих Брауншвейг-Вольфенбюттельский и Людвиг Гессен-Гамбургский (1741), князья В. А. Репнин (1745), Б. Г. Юсупов (1750), великий князь Петр Федорович (1759), граф И. И. Шувалов (1762). Первым директором корпуса был назначен генерал-майор Люберас (1731-1734).
   В 1734 г. в корпусе впервые появляется должность обер-профессора (прообраз будущей должности инспектора классов), задачей которого было наладить в корпусе учебный процесс и обеспечить контроль за работой преподавателей и проводимыми в корпусе занятиями. Первым обер-профессором был назначен немец Веньямин фон Зихгейм. Впоследствии во всех кадетских корпусах России вторым после директора корпуса лицом был инспектор классов (в суворовских училищах это заместитель начальника училища по учебной части). В обязанности обер-профессора было вменено вести журнал успеваемости кадетов и оценивать возможности и способности их в каждый конкретный период времени, с тем чтобы можно было заранее определить возможные перспективы использования того или иного кадета после выпуска.
   В ноябре 1731г. был утвержден устав корпуса, основные черты которого заключались в следующем:
все кадеты проживают вместе на территории корпуса, и над ними устанавливается надзор со стороны воспитателей;
корпус делится на две роты сотенного состава;
в комнатах кадеты размещаются по 6-7 человек, из которых один назначается старшим;
из числа офицеров одни капитан с поручиком назначается дежурным на неделю, он безотлучно находится с кадетами; в корпус принимаются исключительно дворяне, обученные грамоте;
учебный курс разделяется на четыре класса и в трех высших продолжается 5-6 лет; при распределении предметов по классам все пройденное в низших классах повторяется в высших;
в процессе учебы кадеты руководствуются расписанием занятий на неделю;
надзиратели должны воспитывать в кадетах учтивость, пристойную покорность, умение повелевать и бороться с ложью и другими непристойными пороками;
кадетов обучают строевой подготовке, они участвуют в парадах, учатся нести караульную службу;
каждую треть года в корпусе должны проводиться частные, а в конце года — публичные экзамены в присутствии императрицы или министров, генералитета и других высокопоставленных государственных чиновников.
При переводе воспитанников в старший класс и перед выпуском из корпуса общий совет из начальствующих лиц решает, в какой области лучше использовать того или иного кадета. Кадеты, успешно окончившие кадетский корпус, минуя службу в солдатах, предназначались на службу в пехотные и кавалерийские полки в звании прапорщиков или унтер-офицеров, а наиболее преуспевшие в учении кадеты могли получить звание поручика или подпоручика или приравненные к ним гражданские чины.
   17 февраля 1732 г. состоялось открытие кадетского корпуса. В день открытия корпуса в строю стояло 56 воспитанников. Общая численность их корпуса была определена в 200 человек. Однако вскоре по просьбе Миниха число воспитанников было увеличено до 300. С увеличением обшей численности воспитанников в корпусе насчитывалось 223 российских кадета, 27 эстляндских, 16 лифляндских и 16 детей офицеров-иностранцев, находившихся на службе в русской армии, в возрасте от 13 до 18 лет. Корпус был разделен на три роты. Разрешение на прием в кадеты давалось Правительствующим Сенатом, графом Минихом или кабинетом министров.
   Опираясь на опыт Дании и Пруссии, в программу обучения кадетского корпуса наряду со специальными военными предметами были включены основы точных, естественных и гуманитарных наук. Преподаванию последних уделялось особое внимание. В корпусе изучались «российская словесность» (язык и литература), история (в том числе история Древней Греции и Рима, курс которой предполагал ознакомление воспитанников с произведениями древних авторов не только в современных французских и немецких переводах, но и на латинском языке), геральдика и генеалогия, кадеты обучались верховой езде, фехтованию, танцам, юриспруденции, новым и древним языкам.
   Со времени петровской «Табели о рангах» в царской России отсутствовала жесткая граница между военной и гражданской службой. Переход с военной службы на гражданскую с сохранением или даже повышением ранга не являлся чем-то особенным. Соответственно, система обучения и воспитания в кадетских корпусах создавалась с учетом этих особенностей, и круг преподаваемых там предметов был достаточно широк.
   В первые годы существования учебно-воспитательный процесс в корпусе налаживался с большими трудностями. В корпус принимались кадеты разного возраста, без экзаменов, большинство из них плохо знало иностранные языки или не знало их вовсе, а учебников на русском языке не было. В рапорте директора корпуса Тетау в Правительствующий Сенат от 27 августа 1737 г. говорилось, что почти четвертая часть обучавшихся в корпусе кадетов, как русских, так и иностранных, были в возрасте свыше 20 лет. Великовозрастные кадеты не знали никаких наук, и основная цель состояла в том, чтобы научить их элементарной грамоте и правилам арифметики, а также строевой подготовке, фехтованию, танцам и верховой езде, чтобы их можно было после выпуска из корпуса определить в армию.
   К моменту учреждения кадетского корпуса в России не существовало как таковой педагогической науки, теоретических и практических разработок по преподаванию большинства предметов, определенных к изучению в кадетском корпусе, учебников также не было. Программы обучения не существовало. В Петербурге нельзя было достать большинства книг и приборов, необходимых кадетам для обучения. Приходилось просить военных инженеров в Нарве, Ревеле, Риге направить в кадетский корпус книги, математические инструменты, особенно циркули, различную амуницию и другие предметы, необходимые для кадетов. Опыта обучения одновременно гражданским и военным дисциплинам не было. Все приходилось делать впервые. Вот почему выстраданная в первые годы существования кадетского корпуса система обучения кадетов в дальнейшем по своему значению вышла далеко за рамки этого учебного заведения и стала служить определенным примером для программ вновь создаваемых кадетских корпусов и других учебных заведений.
   В годы становления первого кадетского корпуса в России не было достаточного количества преподавателей, которые могли бы обучать кадетов предметам, обозначенным в учебной программе. Первые преподаватели были приняты на работу без всяких проверок, их подготовка в большинстве случаев не соответствовала необходимым критериям. В первую очередь на работу в корпус принимались учителя, имевшие жилье недалеко от кадетского корпуса. Необеспеченность преподавательского состава жильем долгие годы ограничивала круг желающих преподавать в корпусе. Впоследствии рядом с учебными корпусами одновременно закладывались жилые корпуса для офицерского и преподавательского состава.
   Преподаватель латинского языка некий И. Магницкий в прошении, поданном в 1733 г. на имя директора кадетского корпуса, честно признавался, что “латинскому языку не искусен и затем положение должное не отправляет, токмо обучал кадетов по-российски писать, а потому и желал освобождения от этих, столь обременительных для него обязанностей”. В особенности плохим являлся состав учителей иностранных языков, приглашавшихся из-за границы. Не было какого-либо представления об имеющемся у них опыте преподавания. К тому же преподавательская работа в корпусе не считалась особенно почетной и приносила весьма скромные доходы. При этом русские учителя получали значительно меньше иностранцев. Многие учителя (особенно младших классов) были бедны и ходили на занятия в поношенной одежде. Не редки были случаи, когда для преподавания в младших классах направлялись талантливые кадеты старших классов, успешно освоившие азы преподаваемых дисциплин. Когда число обучавшихся в корпусе математическим наукам превысило 200 человек, по приказу директора корпуса Тетау кадеты Иван Ремизов и Дмитрий Яхонтов были повышены в звании до капрала и каптенармуса соответственно и определены преподавать в корпусе арифметику, геометрию и фортификацию. Для характеристики нравов, гоподствовавших среди учителей, может служить пример, когда учитель корпуса Конрад Тревин променял свою должность на место лакея при одном из сенаторов.
   Вместе с тем в кадетском корпусе работали и преподаватели исключительной высокой квалификации. Об уровне преподавания обязательной латыни можно судить по тому, что некоторое время ее преподавал переводчик Синода Филипп Анохин, который еще при Петре I получил задание перевести на русский язык «французскую с латинским диалектом грамматику в пользу к обучению российскому шляхетству».
   В январе 1735 г. в корпус назначается капитан Рудольф фон Дамм с единственной целью — надзирать над качеством преподавания всех математических наук и определения наиболее способных к этим наукам кадетов. С наиболее способными кадетами он лично должен был проводить занятия по 30 часов в неделю по фортификации, гражданской и военной архитектуре, по конструированию различных моделей, приборов в оптике и механике, по созданию новых математических инструментов. При содействии Дамма кадет Унковский перевел геометрию с немецкого на русский, а несколько кадетов перевели на русский известное в то время сочинение Вобана об основах наступательного боя. Со временем граф Миних начинает использовать кадетов для подготовки и копирования необходимых ему и русской армии инженерных чертежей. В 1739 г. наиболее подготовленные кадеты были командированы в войсковые части Москвы и Выборга для оказания помощи в проведении съемок местности и ведении инженерных работ.
   Заботой о подготовке в корпусе лиц для гражданской службы был вызван указ Правительствующего Сената от 12 августа 1740 г., которым предписывалось определить в корпусе 24 кадета для подготовки к гражданской службе и организовать обучение их юриспруденции, арифметике и другим нужным для гражданских учреждений дисциплинам. Эти кадеты освобождались от строевой подготовки и несения караульной службы.
   Первоначально преподавание в корпусе велось по так называемой индивидуально-типовой системе обучения, взятой за образец из стран Запада. При этой системе ученик двенадцати или тринадцати лет изучал тот или иной раздел учебного предмета по индивидуальному плану и персональному расписанию занятий. Каждый кадет на текущий месяц получал от своего офицера-воспитателя расписание занятий с указанием, в котором часу, какой предмет и у какого преподавателя ему надлежит изучать. Устанавливался порядок прохождения учебных предметов. Кадету определялось число предметов, которыми он должен был заниматься. Обычно кадет занимался одновременно двумя-тремя предметами, посещая классы по расписанию и самостоятельно изучая заданный ему материал. Преподаватель следил за тем, чтобы воспитанники не отвлекались, не мешали разговорами, смехом и хождениями. Ежемесячно преподаватели представляли директору корпуса рапорты об успеваемости. Материал на уроках объяснялся довольно редко, запоминать изучаемый материал требовалось путем зубрежки. Преподаватели, живо объяснявшие учебный материал, демонстрировавшие опыты, схемы, рисунки, были в первое время большой редкостью. Следует отметить, что с особым рвением в корпусе преподавали строевую подготовку, которая, по сути дела, являлась самой настоящей муштрой, а зачастую использовалась для “воспитания” особо нерадивых. Об этом стало известно императрице, и она, отметив, что “ежедневная военная экзерциция может вредно отразиться на прохождении наук”, повелела обучать кадетов строю не более одного дня в неделю, а вновь поступивших в корпус — не чаще двух раз в неделю.
   На качестве обучения сказывалось пребывание кадетов в многочисленных командировках в посольства России, в отпусках по различным причинам. Для устройства домашних дел, свидания с престарелыми родителями отпускали на срок от 2-х до 3-х месяцев. Часто кадеты, прикидываясь больными, удлиняли свой отпуск. В таких отпусках бывало одновременно до 40-50 человек .
   В основном только на занятиях “по фронту”, иначе говоря, на занятиях по строевой подготовке, собирались целиком учебные отделения. Методы обучения были несовершенными, пребывание в каждом классе не ограничивалось определенным сроком. Как только кадет усваивал изучаемую им программу по какому-либо из предметов, он переходил к следующему предмету и изучал его, пока преподаватели не находили его знания достаточными. В зависимости от успехов каждый кадет в любое время мог быть переведен в следующий класс.
   Указом императрицы от 30 марта 1737 г. было поведено подвергать кадетов экзаменам по достижении ими 12- и 16-летнего возраста. Кадеты, достигшие 16-летнего возраста, но не усвоившие в должной мере Закон Божий, арифметику и геометрию, отсылались в адмиралтейскую коллегию для определения в матросы. Этим же указом было определено, что проект правил экзаменов для кадетских корпусов должна готовить Российская академия наук. Первый генеральный экзамен в кадетском корпусе состоялся 21 сентября 1737 г. К этому экзамену учителями корпуса были представлены ведомости по предметам обучения, а кадеты расставлены по годам поступления в корпус.
   Исследователи и историки, анализировавшие деятельность корпуса кадетов в первые годы его существования, пришли к выводу, что при наличии отмеченных выше серьезных недостатков в организации учебного процесса корпус не мог дать всем молодым людям, поступившим в него на учебу, полного и разностороннего общего образования. Это касалось как подготовки к службе в российской армии, так и к гражданской службе. Однако постепенно усилиями главных директоров корпуса качество обучения и воспитания было приведено в соответствие с теми высокими требованиями, которые закладывались при его создании. К преподаванию в корпусе стали широко привлекаться профессора Академии наук и учителя с университетским образованием. Более тщательным стал отбор преподавателей и корпусных офицеров.
С первых дней своего существования корпус находился под пристальным вниманием и опекой царствующих особ России. Ни один из кадетских корпусов не подвергался внедрению такого количества новаций и столь частому корректированию учебных программ, как первый кадетский корпус. Каждый из властителей России стремился внести свой вклад в воспитание кадетов, почитая это за высшее для них благо. Царствующие особы регулярно посещали корпус, дарили ему свои портреты, парадные мундиры, оказывали другие знаки царской милости. Директора корпуса назначались только с согласия императрицы или императора.
   Высшим проявлением благосклонности к корпусу считалось принятие царствующей особой на себя звания шефа корпуса. Екатерина II приняла корпус в свое непосредственное ведение. С воцарением Александра I в практику вошло направление в корпус для обучения “фронту” (строевой подготовке), на летние лагерные сборы сыновей, внуков и других родственников российских императоров. При этом считалось, что кадетский корпус должен сформировать хорошего будущего императора, помочь ему получить надлежащее воспитание и образование. Александр I поместил в ряды кадетов наследника цесаревича, а затем и других сыновей и внука. При Николае I в корпусе обучались цесаревич великий князь Александр Николаевич, великие князья Константин Николаевич (1837), Николай Николаевич (1839), Михаил Николаевич (1840). В списках корпуса было повелено числить великого князя Николая Александровича — внука императора (1843). В 1845 г. Николай I пожертвовал корпусу портреты своих предков. Император Александр II по вступлении на престол принял на себя звание шефа корпуса и повелел на погонах и эполетах роты Его Величества оставить изображение императора Николая I. В ряды кадетов влились великие князья Александр Александрович, Владимир Александрович и Сергей Александрович.
   В день 175-летия со дня открытия корпуса 17 февраля 1907 года Николай II и принял на себя звание шефа корпуса и повелел 1-ю роту именовать ротою Его Величества. В 1909 году состоялось зачисление в списки корпуса цесаревича Алексея Николаевича. В 1911 году Николай II пожаловал корпусу большой портрет наследника цесаревича в кадетской форме.
   При императрице Елизавете Петровне (1747-1761) Шляхетский кадетский корпус был. переименован в Сухопутный Шляхетский кадетский корпус. В корпусе стало меньше муштры, поощрялось увлечение изящной словесностью и искусствами, в корпусе создается Общество любителей российской словесности, одним из основателей которого был кадет А.П. Сумароков, и самодеятельный театр, в котором А.П. Сумароков ставил свои пьесы, а кадет Ф.Г. Волков, один из основателей русского драматического театра, получил первые навыки актерской игры. Советский исследователь деятельности А.В. Суворова Кирилл Пигарев в книге “Солдат-полководец” пишет о том, что воспитанники Сухопутного кадетского корпуса принимали непосредственное участие в выпуске журнала “Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие”. В августовской книжке журнала за 1755 г. помещен прозаический “Разговор в царстве мертвых между Александром Великим и Геростратом”, а в июльской книжке за 1756 г. другой “Разговор” — между Кортецом и Монтецумой. Первый подписан “Сочинения А.С.”, второй — “Сочинил С”. По словам автора, инициалы А.С. раскрываются: Александр Суворов. Суворов не был воспитанником кадетского корпуса, но, будучи солдатом Семеновского полка, он посещал занятия в корпусе. Значение Сухопутного корпуса в культурной жизни Петербурга к середине XVIII столетия значительно возросло. Его библиотека насчитывала до 10 тыс. томов и являлась одной из самых богатых в России.
15 декабря 1752 г. в Санкт-Петербурге учреждается Морской кадетский корпус
С 14 января 1701 г. — Школа математических и навигацких наук. С 15 декабря 1752 г. — Морской шляхетский кадетский корпус. С 1762 г. — Морской кадетский корпус. С 1867 г. — Морское училище. С 1891 г. — Морской кадетский корпус.
   В царствование Петра III (1761-1762) был издан подготовленный И.И. Шуваловым закон об объединении всех существовавших тогда военно-учебных заведений, включая Морской кадетский корпус, в одно расширенное заведение на 920 воспитанников, разделенных на 8 рот, с одним кавалерийским эскадроном для подготовки офицеров как для армии и артиллерии, так и для флота. Однако постановление было отменено Екатериной II сразу после того, как она в результате переворота взошла на российский престол.
 25 октября 1762 г. по указу Екатерины II (1762 — 1796) на базе Соединенной артиллерийской и инженерной школы создается Артиллерийский и Инженерный шляхетский кадетский корпус (с 1800 г. — 2-й кадетский корпус) для подготовки офицеров для артиллерийских и инженерных частей. Корпус просуществовал до революции 1917 г. Последнее его наименование: “2-й кадетский императора Петра Великого корпус”. Корпус создавался по инициативе и при непосредственном участии генерал-фельдцейхмейстера П.И. Шувалова,
Благодаря настойчивости П.И. Шувалова в России были созданы различные инженерные и артиллерийские школы. В 1758 г. Шувалов перевел Петербургскую артиллерийскую школу на инженерный двор, где с 1733 г. размещаласьинженерная школа. Таким образом он создал Соединенную артиллерийскую и инженерную школу и принял это учебное заведение под свое командование. Непосредственным начальником школы был назначен капитан М.И. Мордвинов, бывший воспитанник Сухопутного кадетского корпуса (выпуск 1750 г.). В школе первоначально обучалось до 135 дворянских детей. От преподавателей школы Шувалов требовал высококачественного преподавания военных наук и математики. По его указанию преподаватель школы Я.П.Козельский составил руководство по преподаванию арифметики и была издана “Практическая геометрия” Назарова. П.И. Шувалов лично утверждал в должности каждого из учителей, для чего сам присутствовал на экзаменах и практических занятиях воспитанников школы. Шувалов был хорошо знаком с М.В. Ломоносовым, и совсем не исключено, что Ломоносов своими советами помогал П.И. Шувалову при составлении программы обучения будущего кадетского корпуса,
   Еще в 1758 г. П.И. Шувалов представил Елизавете Петровне проект “учреждения корпуса для артиллерии и инженерства”, основная цель которого заключалась в предоставлении будущим офицерам основательного общего образования, а также теоретических и практических знаний по военной специальности. Предполагалось создать корпус из общих классов с 5-летним курсом обучения и специального офицерского класса с 2-летним курсом обучения. Однако самому П.И. Шувалову не удалось воплотить в жизнь свою идею. В начале 1762 г. он скончался. Устав спроектированного кадетского корпуса был утвержден Екатериной II. А первым директором корпуса стал М.И. Мордвинов. Функционировать корпус начал только в 1763 г., так как для организации учебного процесса не хватало педагогов (а ведь прошло уже 30 лет с момента создания Сухопутного кадетского корпуса, многие выпускники которого достигли значительных высот в военной и гражданской областях, а педагоги в России все еще были в дефиците).
   С первых дней существования нового кадетского корпуса особое внимание было обращено на усиление практических занятий. В корпусе были созданы хорошая библиотека и одна из первых в России типография. Артиллерию в корпусе преподавал И.А. Вельяшев-Волынцев, автор учебника по артиллерии, который был единственным руководством для российских артиллеристов до 1816 г. Фортификацию преподавали по классическому для того времени учебнику Вобана “Об атаке и обороне крепостей”.
   Идеи Екатерины II в области образования и воспитания подрастающего поколения проводил в жизнь тайный советник, затем генерал-поручик Иван Иванович Бецкий, возглавлявший Сухопутный кадетский корпус с 1766 по 1787 гг. Бецкий стал автором нового устава кадетского корпуса, который был утвержден Екатериной II 11 сентября 1766 г. С этого года корпус стал именоваться “Императорский сухопутный кадетский корпус”. Бецкий благоволил перед просвещенными деятелями, отличавшимися напористостью, ловкостью при достижении околотронных целей, и в то же время без должного уважения относился к офицерам, способным, по его мнению, лишь сражаться на поле брани.
   Разработанные Бецким “твердые правила, по которым было назначено принимать, воспитывать и обучать юношество благородное”, требовали, чтобы“воспитание в кадетском корпусе было более практическим, нежели теоретическим, а учиться юношеству больше от смотрения и слышания, нежели от твержения уроков”. В уставе, представленном Бецким на подпись императрице, говорилось, что воспитание в кадетском корпусе “имеет целью:
а) сделать человека здоровым и способным сносить воинские труды и
б) украсить сердце и разум делами и науками, потребными гражданскому судье и воину”.
“Надо взрастить младенца, — было сказано в приложении к уставу, — здорового, гибкого и крепкого, вкоренить в душе его спокойствие, твердость и неустрашимость”.
   В качестве главных условий правильного, с точки зрения Бецкого, воспитания “новых людей” было принято два правила: во-первых, принимать в корпус детей не старше шести лет (в этом-де возрасте еще возможно освободить ребенка от пороков, заимствованных им в семье) и, во-вторых, безотлучное пребывание в корпусе в течение 15 лет при редких, устанавливаемых начальством свиданиях с родственниками под присмотром воспитателей (опять же изоляция от вредного влияния со стороны “старой породы”). Управление корпусом должны были осуществлять генерал-директор и совет, члены которого назначались императрицей.
   Приступая к преобразованию кадетского корпуса, Бецкий осуществил досрочный выпуск из корпуса воспитанников, достигших 20-летнего возраста. Была ликвидирована конная рота. Кадеты, оставшиеся в корпусе, были разбиты на три возраста: старший — от 17-ти, средний – от 14-ти до 17-ти, младший — до 14-ти лет. Два первые возраста составили четыре строевые роты, каждая под управлением капитана и двух субалтерн-офицеров, которые обязаны были денно и нощно следить за кадетами.
   По новому уставу, утвержденному императрицей 11 сентября 1766 г., всего предполагалось иметь в корпусе детей пяти возрастов: от пяти до девяти лет, от 9-ти до 12-ти, от 12-ти до 15-ти, от 15-ти до 18-ти, от 18-ти до 21-го года.
   Право на поступление в корпус предоставлялось не только сыновьям дворян, но и детям лиц, состоящих в штаб-офицерских чинах; преимущество при приеме предоставлялось детям из неимущих семей и тем, чьи отцы были ранены или убиты на войне. При поступлении в кадетский корпус требовалась подписка о том, что они добровольно отдают своих детей в заведение не менее чем на пятнадцать лет и “даже во временные отпуски брать не будут”.
   Кадеты младшего первого возраста разделялись на десять отделений по 12 воспитанников в отделении и вверялись воспитательнице; общее руководство над первой возрастной группой поручалось женщине — управительнице возрастом.    
  Кадеты второго возраста составляли восемь отделений по пятнадцать человек каждое; в каждом отделении был свой воспитатель, а во главе возрастной группы находился инспектор.
В третьем возрасте в каждом из шести отделений было по 20 воспитанников.
Каждый из двух старших возрастов подразделялся на два подразделения — военное и гражданское. Первое в каждом возрасте состояло из двух рот, которыми командовали капитаны; над воспитанниками гражданского подразделения в обоих возрастах командовал инспектор. Кадеты находились под бдительным надзором не только в спальнях и рекреационных залах, но также и в классах, ибо преподавательскому персоналу было поручено только «научание», а офицеры-воспитатели повсюду наблюдали за поведением кадетов.
   По мысли И.И. Бецкого, внутренний порядок в заведении должен был способствовать тому, чтобы кадеты приучались к самостоятельному труду, уходу за собой, а игры на свежем воздухе должны были способствовать их возмужанию и выработке силы и выносливости. Для удобства перехода к новой системе с 1770 по 1773 гг. прием в корпус был временно приостановлен, а затем с 1773 г. устав корпуса стал применяться в полном объеме.
   Генрих Штрох, немец, долгие годы проведший в России и имевший широкие связи в высших кругах, в этой связи отмечал: “По поступлении кадеты зачисляются в 1-й возраст, их одевают в коричневые, вроде морских, бушлаты с синим поясом и поручают женщинам, в числе одной директриссы, десяти гувернанток и многих нянек. Через три года мальчики переводятся во 2-й возраст, где они получают форму, похожую на предшествовавшую, но синего цвета, и поручаются заботам 8 гувернеров с инспектором во главе. В этом «возрасте» кадеты уже более предоставлены самим себе. После трехлетнего пребывания они переводятся в 3-й возраст, в котором носят форму серого цвета, и попадают под надзор офицеров полевых войск. Отбыв опять трехлетний срок, они переводятся в 4-й возраст, или в так называемый “1-й военный возраст”, и надевают военную форму. В этом и в 5-м возрастах ими заведуют корпусные офицеры, которые на один чин выше, чем офицеры полевых войск. Штат корпусных офицеров состоит из одного подполковника, двух майоров, шести капитанов, двенадцати поручиков и шести прапорщиков, 65 преподавателей”.
   Лучшие кадеты получали при выпуске чин поручика, остальные — прапорщика или корнета. Худшие могли быть выпущены лишь унтер-офицерами. Особый порядок устанавливался для прохождения службы лицами, исключенными из корпуса за неуспеваемость.
    Кадетские корпуса играли огромную роль в развитии классического образования в России во второй четверти XVIII в. Когда И. Бецкий предложил исключить из числа изучаемых предметов латинский язык, работавшая в корпусе комиссия во главе с графом П.В. Завадовским отклонила его предложение именно по причине уникальности этого учебного заведения, призванного готовить не только офицеров, но и гражданских чиновников. Латынь была исключена из программы лишь в 1801 г. по новому положению о военно-учебных заведениях.
   В корпусе основательно было поставлено преподавание французского, английского, немецкого языков. Трехлетний курс изучения предполагал в течение первого года усвоение воспитанниками начальных навыков чтения и письма на соответствующем языке, в ходе второго — овладение грамматикой и техникой перевода, к концу третьего — умение излагать свои мысли письменно, соблюдая правила стилистики.
   В 1775 г. при Артиллерийском и Инженерном кадетском корпусе открылась «Греческая гимназия» (впоследствии — «Корпус чужестранных единоверцев»), созданная первоначально для обучения детей проживавших в России выходцев из православных стран (главным образом греков). Первым ее начальником был подполковник Вальховский, а затем А.И. Мусин-Пушкин, известный знаток древностей, первооткрыватель и исследователь «Слова о полку Игореве». В стенах военно-учебных заведений начинают появляться преподаватели и директора, сыгравшие значительную роль в истории русской культуры ХVIII в.
   В 1774 г. указом Екатерины II было разрешено принимать в гарнизонные школы кроме солдатских сыновей и “неимущих дворянских детей”.
   В 1778 году генерал Зорич в г. Шклове, пожалованном ему Екатериной II, открыл на свои средства Шкловское благородное училище для бедных дворян. В училище одновременно обучалось до 250 воспитанников. Благодаря заботам генерала Зорича училище было снабжено всем необходимым для качественного обучения кадетов. С 1785 г. многие выпускники училища сразу производились в офицеры. В 1792 г. “Благородное училище” было преобразовано вШкловский кадетский корпус. Первым директором корпуса стал генерал-лейтенант Зорич. После смерти Зорича в 1799 г. распоряжением белорусского губернатора П.И. Северина корпус летом 1800 г. переводится в г. Гродно во дворец польских королей и именуется “Отделение Гродненского кадетского корпуса”. Из Шклова в Гродно было переведено 211 воспитанников. К 1801 г. Шкловский кадетский корпус в общей сложности выпустил около 470 артиллерийских и армейских офицеров. Однако Гродненский кадетский корпус до конца так и не был сформирован. В 1806 г. весь его персонал переводится вСмоленск, где учреждается Смоленский кадетский корпус. В Смоленске корпус оставался до 1812 г., когда его воспитанники были переведены в Тверь, потом в Ярославль и, наконец, в Кострому, сохраняя за ним наименование Смоленского. В 1824 г. корпус переводится в Москву, где получает название Московского кадетского корпуса. Последнее его название — 1-й Московский императрицы Екатерины II кадетский корпус. Просуществовал он до революции.
   Павел I (1796-1801) внес свой вклад в систему подготовки молодых людей к службе в российской армии. В 1798 году он учреждает Военно-сиротский доми его отделения при гарнизонных полках. По уставу Военно-сиротского дома он разделялся на два отделения: первое предназначалось для 200 сыновей неимущих дворян и офицеров, а второе — для солдатских сыновей. В 1829 году Императорский сиротский дом получил наименование Павловского кадетского корпуса (прекратил свое существование в 1863 г.).
   В 1800 году Императорский Сухопутный кадетский корпус был переименован в 1-й кадетский корпус, а Артиллерийский и Инженерный Шляхетский кадетский корпус — во 2-й кадетский корпус. Сторонник прусской военной системы, Павел велел и в кадетских корпусах установить жесткую военную дисциплину.
   В январе 1798 г. главным директором 1-го кадетского корпуса был назначен Великий князь Константин Павлович. За первые 70 лет существования 1-го кадетского корпуса из его стен было выпущено 3300 воспитанников, многие из которых добились выдающихся достижений на поприще государственной службы, науки и искусства. Корпус окончили знаменитый русский полководец П.А. Румянцев-Задунайский, князь М.Н. Волконский, князь А.А. Прозоровский, директора кадетских корпусов генералы М.И. Мордвинов, П.И. Меллисино, драматурги А.П. Сумароков, М.М. Херасков, В.А. Озеров, фельдмаршал М.Ф. Каменский, генерал А.С. Милорадович, герои войны 1812 г. генералы П.П. Коновицын, И.И. Кульнев, граф К. Ф. Толь.
К началу царствования императора Александра I (1801-1825) в России существовало четыре военно-учебных заведения для подготовки офицерских кадров. В первый же год царствования Александра I князь Платон Зубов с согласия императора подготовил проект закона, в соответствии с которым предполагалось учредить 17 военных училищ, воспитанники которых получали бы общее начальное образование и затем могли бы продолжить учебу в кадетских корпусах. Такие училища были открыты только в трех городах: в 1801г. — в г. Туле, в 1802 году — в г. Тамбове и в 1825 г. — вОренбурге (Неплюевское). Тульское училище для воспитания неимущих дворян получило наименование Александровского. В училище на средства дворян содержались стипендиаты, получавшие стипендии имени покойного фельдмаршала М.И. Голенищева-Кутузова Смоленского. В 1817 г. Александровское Тульское Дворянское училище получило новый устав, в соответствии с которым стало именоваться военным и по своему статусу стояло следом за кадетскими корпусами. В 1837 г. училище переименовывается в Александровский Тульский кадетский корпус. В Тамбове в училище со штатной численностью в 120 человек принимали на бесплатное содержание детей беднейших дворян. Воспитанники, окончившие училище с отличием, подлежали переводу в кадетские корпуса и в университет. В Оренбурге военное училище было названо Неплюевским в память бывшего губернатора края И.И. Неплюева, завещавшего десять тысяч рублей на открытие в крае кадетского корпуса. Училище предназначалось для детей офицеров отдельного Оренбургского корпуса. В 1844 г. училище преобразовано в кадетский корпус.
   Одновременно император предложил дворянству подумать о создании губернских военных училищ на средства дворян. 21 марта 1805 г. появляется разработанный при непосредственном участии императора «План военного воспитания». Военные училища (в некоторых губерниях они получили названиедворянских училищ) должны были создаваться теперь уже в каждой губернии, а их выпускники направляться исключительно в кадетские корпуса. По указу от 29 марта того же года учреждается особый “Совет о военно-учебных заведениях”, первейшая задача которого состояла в унификации всей системы воспитания и образования в кадетских корпусах. Первым председателем совета стал брат императора великий князь Константин Павлович. Создание совета положило начало деятельности государственного органа, который был обязан координировать составление учебных программ для военно-учебных заведений, выпуск учебных пособий и учебников и осуществлять контроль за качеством преподавания и воспитания в кадетских корпусах.
В 1802 году в Санкт-Петербурге учреждается Пажеский корпус, хотя пажи и камер-пажи в России были известны еще при Петре I, а сам Пажеский корпус ведет свое старшинство с 1742 г. от специального заведения, получившего в 1769 г. название Придворного пансионата. В Пажеском корпусе предполагалось иметь три пажеских и один камер-пажеский классы.
   Пажескому корпусу в системе кадетских корпусов принадлежало особое место. Придворный пансионат, превращенный в 1802 г. в Пажеский корпус, при Екатерине II был исключительно элитарным учебным заведением. В число пажей могли попасть лишь сыновья и внуки полных генералов от кавалерии, инфантерии и артиллерии. Некоторые исключения делались лишь для отпрысков наиболее знатных русских, грузинских или польских родов. В 1785 г. Придворный пансионат получил программу, по которой устанавливался восьмилетний срок обучения, а воспитанники пансионата подразделялись на четыре класса с двухлетним сроком обучения. Учебная программа включала Закон Божий, русский, французский и немецкий языки, латынь, чистописание, рисование, арифметику, этику, геометрию, статику и механику, артиллерию, фортификацию, историю, географию, законоведение, а также обязательные для молодого аристократа танцы, верховую езду и дополнительно музыку (по желанию). Особо подчеркивалось, что все предметы должны “преподаваться на русском языке, за исключением случаев, когда не найдется преподавателей из русских, тогда преподавать на том языке, в котором будут сильны ученики”. Подобное требование впервые вводилось в практику преподавания в кадетских корпусах и было вызвано необходимостью иметь в России высокообразованных аристократов, хорошо владеющих русским языком.
По указу от 10 октября 1802 г. Пажеский корпус был превращен в военно-учебное заведение закрытого типа. В уставе отмечалось, что “корпус сей есть такое военное установление, где благородное юношество через воспитание приуготовляется к воинской службе строгим повиновением, совершенною подчиненностью и строгим принуждением, но добровольным выполнением должностей своих. Пажеский корпус — привилегированное учебное заведение, цель которого — доставить сыновьям заслуженных родителей, предназначенным к офицерской службе преимущественно в войсках гвардии, как общее военное образование, так и соответствующее их предназначению воспитание”.
   В 1810 г. Пажеский корпус был переведен в здание бывшего Воронцовского дворца, где до 1801 г. располагался Капитул Мальтийского ордена, которому покровительствовал Павел I. Этот факт чисто внешней преемственности получил неожиданное развитие в системе воспитания пажей. Белый мальтийский крест стал его официальным знаком: Мальтийские кресты были изображены на корпусном знамени, они сохранились во внутренней отделке помещений. Знак Пажеского корпуса также был исполнен в виде мальтийского креста. Его получали выпускники корпуса. В корпусе помимо православной церкви в память о прежних владельцах здания осталась и католическая (Мальтийская) капелла — случай беспрецедентный в истории военно-учебных заведений России. Заветы мальтийских рыцарей, выбитые на стенах капеллы, были взяты воспитанниками Пажеского корпуса в качестве моральных и этических норм.
  Они гласили:
«Ты будешь верить всему тому, чему учит церковь»,
«Ты будешь относиться с уважением к слабому и сделаешься его защитником»,
«Ты будешь любить страну, в которой родился»,
«Ты не отступишь перед врагом»,
«Ты будешь вести с неверными постоянную и беспощадную войну»,
«Ты не будешь лгать и останешься верным данному слову»,
«Ты будешь щедр и будешь всем благотворить»,
«Ты везде и повсюду будешь поборником справедливости и добра против несправедливости и зла».

Подчеркнутая исключительность корпуса отражалась и в самой организации жизни пажей, призванных совмещать военную и придворную службу. Как отмечал выпускник корпуса генерал-лейтенант П.М. Дараган, это учебное заведение по своей структуре более всего напоминало «аристократический придворный пансион», где роль ротного командира выполнял гувернер. Функциями же, которые в обычных военно-учебных заведениях исполнялись ротным командиром, здесь ведал гофмейстер пажей.
   Об уровне обучения в Пажеском корпусе его выпускники нередко имели диаметрально противоположное мнение. Если П.М. Дараган считал, “что все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь”, то, по мнению Ф.Я. Мирковича, “в эпоху, когда на учебные заведения не обращалось особого внимания со стороны правительства, воспитанники Пажеского корпуса выпускались с лучшим для того времени образованием”. Особенно удачно было поставлено преподавание русского языка и словесности, истории, статистики и математики. В курсе обучения иностранным языкам большое внимание уделялось устной практике и переводам (воспитанникам читались краткие курсы истории французской и немецкой литератур). С 1802 г. для пажей в качестве особого предмета было введено обучение деловой переписке не только на русском, но и на иностранных языках, изучаемых в корпусе.
   В декабре 1811 г. император Александр I лично экзаменовал пажей и остался доволен знаниями выпускников. Первым в этом выпуске был будущий декабрист П.И. Пестель, а вторым — граф Адлерберг, ставший в дальнейшем генералом и министром двора при императоре Александре II, близким другом и советником монарха. Он был одним из активных участников подготовки и проведения реформ 1860 —1870-х гг. И все же Пажеский корпус был прежде всего военным заведением. Это непосредственно отразилось и на учебном плане. В двух специальных классах, предшествующих выпуску, систематически изучались военная история, тактика, фортификация, артиллерия, топография и ряд других предметов.
С 1804 года для записанных в военно-сиротские отделения солдатских сыновей были разработаны особые правила, а сами воспитанники стали называться кантонистами; в 1824 году все кантонисты были подчинены начальнику военных поселений графу А. А. Аракчееву.
   В 1812 г. в Финляндии создается Гаапаньемский топографический корпус, переименованный в 1819 г. в Финляндский кадетский корпус, который был расформирован в 1903 г. Финляндский кадетский корпус сыграл важную роль в подготовке для российской армии военных топографов, необходимых для рекогносцировки края, для исследования судоходных рек. Первоначально в корпусе было 6 кадетов и 10 офицеров. Через четыре года специальный характер этого заведения изменился, и с увеличением средств на его развитие корпус начинает готовить молодых людей, уроженцев Финляндии, во все рода войск российской армии. В мае 1819 г. топографический корпус переводится в г. Фридрихсгамн и начинает именоваться Финляндским кадетским корпусом. По штату в корпусе было положено иметь 30 казенных и 30 своекоштных воспитанников.
   В 1815 г. в связи с присоединением к Российской империи Великого Герцогства Варшавского к ней одновременно перешел кадетский корпус, основанный в 1793 г. в Калише прусским королем Фридрихом Вильгельмом, когда Герцогство Варшавское находилось под властью Пруссии. С переходом к России из Калишского корпуса выпускались офицеры как в польскую армию, созданную в Царстве Польском, так и, по желанию кадетов, — в русскую. Калишский кадетский корпус был расформирован в 1831 г. после Польского восстания.
   В царствование императора Александра I в связи с войнами с французами произошло значительное увеличение армии. Существовавшие кадетские корпуса были не в состоянии обеспечить армию офицерами, а полная реорганизация гвардии при императоре Павле I, которая со времени Петра I была школой для подготовки к офицерскому званию унтер-офицеров для офицерских должностей в армии, лишила ее этой возможности. В 1805 г. по распоряжению императора при 2-м кадетском корпусе формируется отдельный Волонтерный корпус для подготовки молодых дворян в офицеры для армии, в 1808 г. корпус переформирован в два дворянских батальона, а в 1810 г. это военно-учебное заведение получает наименование “Дворянский полк”. В 1855 г. Дворянский полк переименовывается в Константиновский кадетский корпус. К концу первого года существования численность Дворянского полка составила 600 человек. Большинство неимущих дворян спешило воспользоваться данным им правом отдавать сыновей на казенное содержание. Вследствие этого в числе прибывавших в полк оказывалось значительное число неспособных к военной службе дворян. К началу 1808 г. из полка уже было выпущено 276 офицеров. К 1815 г. численность Дворянского полка достигла 2500 человек.
   При Александре I в корпусах продолжало укрепляться военное начало, заложенное Павлом I. Различия с системой гражданского образования становились все более очевидными. Дворянский полк, в частности, был нацелен больше на практическую (тактическую и строевую), а не теоретическую подготовку воспитанников к службе в офицерском звании. 3 года обучения в Дворянском полку давали возможность для получения унтер-офицерского звания, а 4 года — обер-офицерского (начиная с прапорщика и корнета), поскольку в Дворянский полк принималась молодежь в возрасте от 16 лет, как правило, уже имеющая среднее образование (в том числе студенты). В Дворянский полк направлялись выпускники кадетских корпусов, которые не имели специальных классов для аттестования выпускников корпуса в офицеры.
Стремясь повысить престиж педагогов, правительство пошло на введение для них сугубо военной льготы. В 1810 г. преподавателям 1-го и 2-го кадетских корпусов были пожалованы преимущества одного чина против их армейских коллег. При этом размеры жалованья существенно не возросли, но зато была затронута слабая струнка в сердце любого военного человека. Выше по формальному положению теперь находились лишь офицеры-гвардейцы, имевшие преимущество в два чина. В 1811 г. такие же преимущества были распространены на офицеров Пажеского корпуса, а в 1825 г. — на офицеров Военно-сиротского дома и Московского кадетского корпуса. По штатам 1816 г. в 1-м и 2-м кадетских корпусах положено было иметь одну резервную, три мушкетерские и одну гренадерскую роту. В гренадерскую роту с 1811 г. кадеты переводились не по росту, а по успехам в учебе и достойному поведению. В гренадерской роте подбирались унтер-офицеры для других рот кадетского корпуса. Право на производство в офицеры по окончании курса предоставлялось унтер-офицерам и кадетам гренадерской роты. Организацией учебного процесса в каждом конкретном корпусе занималось командование корпуса. Строгого распределения воспитанников по классам не было. Кадет, занимающийся математикой в одном классе, мог состоять по другим предметам обучения двумя, а то и тремя классами выше или ниже.
   К этому времени, как отмечает автор одного из наиболее полных исследований по истории кадетских корпусов Лалаев, в кадетских корпусах сложились коллективы образованных корпусных офицеров, избранных главным образом из числа выпускников тех же корпусов. Хотя большинство из них были больше строевыми офицерами, чем воспитателями. Офицеров, как отмечают кадеты, они видели редко. Ротный командир появлялся только на дежурстве, ротном ученье или во время экзекуций.
   В корпусах поддерживалась строгая дисциплина. Широко использовались телесные наказания. Командиры рот и другие офицеры имели право наказывать кадетов розгами. По замечанию одного из командиров кадетского батальона, “стыдно было дать гренадеру менее ста розг”. При отсутствии доброго и постоянного влияния офицеров-воспитателей на своих воспитанников внутренняя жизнь кадетов постепенно стала определяться самими кадетами. Появляется культ “старых кадетов”, начинает действовать фактор превосходства физической силы. В кадетской среде укореняются собственные понятия о чувстве чести и долга, прочно связывавшие однокашников духом бескорыстной дружбы не только в стенах корпуса, но и за стенами корпуса в течение долгих лет жизни. Воспитанники разных выпусков встречались между собой как родные братья. По приезде в Петербург каждый из них первым долгом считал посетить свой корпус.
В 1813 г. создается Омское войсковое казачье училище, переименованное в 1845 г. в Сибирский кадетский корпус.
В 1823 г. создается Школа гвардейских подпрапорщиков. Идея создания этой школы принадлежала будущему императору Николаю Павловичу. Командуя 2-й бригадой 1-й гвардейской дивизии, Николай Павлович обратил внимание на слабую военную подготовку подпрапорщиков и поделился своей мыслью с императором. Указом Александра I 9 мая 1823 г. учреждается Школа гвардейских подпрапорщиков. Ее открытие состоялось 18 августа 1823 г., а 28 августа в школе начались занятия. В 1826 г. при Школе гвардейских подпрапорщиков формируется эскадрон юнкеров гвардейской кавалерии, и с этого времени она именуется Школой гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров. В ней было положено иметь по штату 192 подпрапорщика и 99 юнкеров. Был установлен двухгодичный срок обучения. Первое время школа располагалась в казармах Измайловского полка. В дальнейшем на базе школы создаютсяНиколаевское кавалерийское училище и Николаевский кадетский корпус.
   В 1824 г. в Екатерининских казармах г. Москвы размещается прибывший из Ярославля Смоленский кадетский корпус. Тогда же корпус переименовывается в 1-й Московский кадетский корпус.
   При Александре I было положено начало системе управления военно-учебными заведениями России из единого центра. В 1832 г. с целью дальнейшего усиления контроля военного ведомства над корпусами организуется Штаб управления военно-учебными заведениями, позднее преобразованный в Главный штаб. Полномочия его начальника были приравнены к власти министра. В контексте этих преобразований следует рассматривать и последовательное ужесточение мер дисциплинарного характера; воспитанники находились под неусыпным контролем воспитателей. Их приказания не подлежали обсуждению. Выход из ворот корпуса для кадета был возможен лишь в сопровождении служителя или родственников.
   К концу царствования Александра I в России существовали следующие военно-учебные заведения:
1. Пажеский корпус (170 воспитанников).
2. 1-й кадетский корпус (1000 воспитанников).
3. 2-й кадетский корпус (700 воспитанников).
4. Императорский военно-сиротский дом (500 воспитанников).
5. Московский кадетский корпус (500 воспитанников).
6. Дворянский полк с кавалерийским эскадроном (2236 воспитанников).
7. Тульское Александровское военное училище (86 воспитанников).
8. Тамбовское военное училище (80 воспитанников).
9. Финляндский кадетский корпус.
10. Школа гвардейских подпрапорщиков.
11. Оренбургское Неплюевское военное училище.
12. Омское казачье училище.
13. Инженерное и Артиллерийское училища.
14. Калишский кадетский корпус (упразднен в 1831 г.).
   Первые восемь военно-учебных заведений находились в подчинении цесаревича Константина Павловича и главного директора кадетских корпусов. Остальные училища в то время не входили в состав ведомства военно-учебных заведений, и каждое из них подчинялось своему начальству. Морскому военному ведомству подчинялся Морской кадетский корпус.
Наибольший вклад в создание и развитие российских кадетских корпусов внес император Николай I (1825 -1855). Существовавшие в первой четверти XIX в. военно-учебные заведения далеко не удовлетворяли потребности армии в комплектовании ее офицерскими кадрами. Военно-учебные заведения, развивавшиеся отдельно одно от другого, не имели надежной единообразной организации, каждое заведение управлялось по усмотрению своего непосредственного начальника. Прием в корпуса зачастую производился без точно определенных правил и во многих случаях зависел непосредственно от директора корпуса. Не существовало единых программ, указаний и инструкций по учебно-воспитательной работе. Опыт одного учебного заведения служил примером для вновь создаваемого заведения. За период с 1800 по 1825 годы из Пажеского и 1-го и 2-го кадетских корпусов было выпущено в войска 4845 офицеров, т.е. среднее количество ежегодно выпускаемых офицеров составило 200 человек. По свидетельству Лалаева, перечисленные выше учебные заведения обеспечивали замену в армии не более шестой части всех открывавшихся ежегодно офицерских вакансий. Юнкерские школы впервые появились в России только в последний год царствования Александра I.
   Интерес к кадетским корпусам в качестве императора у Николая I проявился уже 25 декабря 1825 г., в день восстания декабристов, когда кадеты 1-го кадетского корпуса имели смелость оказать помощь участникам восстания на Дворцовой площади. Николай I, узнав об этом, выразил свое глубокое неудовольствие поведением кадетов. Однако вскоре он сменил гнев на милость.
   При Николае I складывается наиболее стройная и рациональная система устройства кадетских корпусов и управление ими. Николай I решил “дать военно-учебным заведениям новое устройство, связать их вместе в одну общую отрасль государственного управления, для направления одною и тою же мыслию к одной и той же цели”. По мнению Николая I, кадетские корпуса ко времени его вступления на престол выполнили свою просветительскую функцию, первоначально возложенную на них при создании, и теперь должны были сосредоточить свое внимание на подготовке исключительно офицеров.
   Для разработки нового положения о военно-учебных заведениях по указанию императора 11 мая 1826 г. был образован комитет под председательством инженер-генерала Оппермана. Комитет должен был подробно рассмотреть организацию учебного процесса и воспитательной работы во всех тогдашних военно-учебных заведениях и внести свои предложения по дальнейшему развитию военного образования в России. Результатом четырехлетней работы явился проект “Общего положения и Устава для военно-учебных заведений”. По новому положению все военно-учебные заведения делились на три класса:
к первому из них были отнесены кадетские корпуса и Дворянский полк,
ко второму — Пажеский и столичные 1-й и 2-й кадетские корпуса,
к третьему — Морской кадетский корпус и Инженерное и Артиллерийское училища.
Цель всех учебных заведений состояла в подготовке сыновей дворян к военной службе. Николай I решил вернуться к проекту, представленному Платоном Зубовым Александру I в 1801 г. Однако практическая реализация предложений П. Зубова приняла несколько иное направление. Зубовым предлагалось создать 17 “военных училищ” — подготовительных учебных заведений, выпускники которых, согласно установленным квотам, направлялись бы после выпуска либо в кадетские корпуса, либо в университет. Восемь крупных училищ предполагалось создать в Дерпте, Гродно, на Волыни, в Киеве, Нижнем Новгороде, Казани, Вологде и Смоленске. Еще девять должны были появиться в Твери, Владимире, Ярославле, Рязани, Орле, Харькове, Саратове, Оренбурге и Тобольске.
   Николай I пошел по пути создания новых кадетских корпусов. В начале 1830 г. императором был утвержден проект учреждения губернских кадетских корпусов. Первоначально было предложено учредить корпуса в Новгороде, Туле, Тамбове, Полоцке, Полтаве и Елизаветграде, каждый на 400 воспитанников. В кадетские корпуса в этих городах могли поступать дети из близлежащих губерний. При этом было специально расписано, какая губерния приписана к тому или иному корпусу.
   Всего в годы царствования Николая I было сформировано 17 новых кадетских корпусов, десять из которых просуществовали до Октябрьской революции. Из-за финансовых и организационных вопросов некоторые кадетские корпуса закрывались, не успев приступить к нормальному функционированию.
1) 1829 г. — на базе Императорского военно-сиротского дома создается Павловский кадетский корпус. Первый директор — К. Ф. Клингенберг. Расформирован в 1863 г.
2) 1829 г. — учреждается Александровский малолетний кадетский корпус в Царском Селе, исключительно для малолетних детей в возрасте от 7 до 10 лет. Создан на базе благородного пансиона при Александровском лицее и подготовительных классов при первом Кадетском, Павловском и Морском корпусах. Открыт 6 июля 1830 г. Первый директор — генерал-майор А. Х. Шмидт. В 1857 г. расформирован.
3) 1830 г. — учреждается Тамбовский кадетский корпус из основанного в 1802 г. Тамбовского дворянского училища. В 1846 г. корпус преобразуется в неранжированную роту Михайловского Воронежского кадетского корпуса.
4) 1830 г. — Тульское Александровское военное училище, сформированное в 1817 г., преобразуется в Тульский Александровский кадетский корпус. В 1844 г. корпус преобразуется в неранжированную роту Орловского Бахтина кадетского корпуса.
5) 13 марта 1834 г. — Новгородский графа Аракчеева кадетский корпус. Первый директор — генерал-майор Бородин А. И. С 1864 г. Нижегородский графа Аракчеева кадетский корпус.
С 1866 г. — военная гимназия, с 1882 г. — Нижегородский графа Аракчеева кадетский корпус. Расформирован в 1918 г.
6) 1834 г. — Казанский кадетский корпус. В скором времени расформирован.
7) 1834 г. — предпринимается попытка создать в Грузино (имение графа Аракчеева) Грузинский кадетский корпус из неранжированных рот Новгородского и Полоцкого кадетских корпусов. Корпус не был создан.
8) 25 июня 1835 г. открыт Полоцкий кадетский корпус. Первый директор — генерал-майор Хвощинский. Прекратил свое существование в 1918 г.
9) В 1836 г. принимается решение о создании кадетского корпуса в Полтаве. В этом же году корпус получает название Петровский Полтавский кадетский корпус. Открыт 6 декабря 1840 г. Первый директор — генерал-майор В. Ф. Светловский. С 1865 г. — военная гимназия. С 1882 г. — Петровский Полтавский кадетский корпус. Прекратил существование в 1918 г.
10) 16 апреля 1841 г. принимается решение об учреждении Александровского Брестского кадетского корпуса в Брест-Литовске. 30 августа 1842 г. состоялось открытие корпуса. Первый директор — генерал-майор Гельмерсен. В 1854 г. корпус переводится в Москву, в 1860 г. — в Вильно (Вильнюс). 25 августа 1863 г. корпус расформирован.
11) В 1843 г. создается Орловский Бахтина кадетский корпус. Первый директор корпуса — полковник Тиньков. С 1864 г. — военная гимназия, с 1882 г. — Орловский Бахтина кадетский корпус. Прекратил существование в 1918 г.
12) 8 ноября 1845 г. открыт Михайловский Воронежский кадетский корпус. Решение о создании принято в июне 1836 г. Первый директор — полковник Винтулов А. Д. С 1865 г. — военная гимназия. С 1882 г. — Михайловский Воронежский кадетский корпус. С 4 января 1905 г. — Воронежский великого князя Михаила Павловича кадетский корпус. Просуществовал до 1918 г.
13) 8 ноября 1845 г. состоялось открытие корпуса Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса, сформированного на базе Оренбургского Неплюевского военного училища, основанного в 1824 г. Первый директор корпуса — подполковник Марков. С 1866 г. — военная гимназия, с 22 июня 1882 г. — Оренбургский Неплюевский кадетский корпус. Прекратил существование в 1918 г.
14) 22 декабря 1845 г. создается 1-й Сибирский императора Александра I кадетский корпус на базе училища Сибирского линейного казачьего войска, основанного в 1826 г. С 1866 г. — военная гимназия, с 1882 г. — Сибирский кадетский корпус. С 1907 г. — Омский кадетский корпус. С 1913 г. — Сибирский императора Александра I кадетский корпус. Прекратил свое существование в 1918 г.
15) 6 декабря 1849 г. — 2-й Московский кадетский Его Императорского Величества великого князя Михаила Николаевича корпус. Первый директор — С. П. Озеров. С 1864 г. — военная гимназия. С 1882 г. — 2-й Московский кадетский корпус. С 1896 г. — 2-й Московский императора Николая I кадетский корпус. С 27 августа 1908 г. — 2-й Московский кадетский Его Императорского Величества великого князя Михаила Николаевича корпус.
16) 6 декабря 1851 г. Александринский сиротский институт преобразован в Александринский сиротский кадетский корпус. В 1863 г. расформирован.
17) 1 января 1852 г. создается Неранжированный Владимирский Киевский кадетский корпус. Первый директор — полковник Вольский А. В. В 1857 г. расформирован. С 30 августа 1857 г. на его базе создается Владимирский Киевский кадетский корпус. С 1865 г. — военная гимназия, с 1882 г. — Владимирский Киевский кадетский корпус.
   Кадетские корпуса, подведомственные Главному начальнику военно-учебных заведений, распределялись по трем военно-учебным округам. К Петербургскому округу были причислены: Пажеский корпус, Школа гвардейских подпрапорщиков, Дворянский полк, 1-й, 2-й, Павловский, Новгородский графа Аракчеева, Финляндский, Александровский (для малолетних). К Московскому: 1-й и 2-й Московские, Александринский сиротский, Орловский Бахтина с Тульским Александровским, Михайловский Воронежский с Тамбовским, Оренбургский Неплюевский и Сибирский. К Западному: Полоцкий, Петровский Полтавский, Александровский Брестский, Неранжированный Владимирский Киевский.
Все кадетские корпуса того времени представляли собой интернаты со штатной численностью от 100 до 1000 воспитанников разделенных на роты (гренадерскую, мушкетерскую, неранжированную). Каждая рота состояла из 100-120 кадетов, приблизительно одного возраста и непосредственно подчинялась ротному командиру. Неранжированная рота полагалась для вновь поступивших малолетних воспитанников. Кадетская рота состояла из четырех отделений по 25-30 воспитанников в отделении. 4 младших офицера были ближайшими воспитателями кадетов. Для поддержания строгого порядка в помощь им назначались во все роты из числа лучших старших кадетов фельдфебель, унтер-офицеры, которые не только присматривали за вверенными им отделениями и ротами, но и имели право наказывать кадетов. Строевые роты составляли батальон; кадеты вооружались ружьями и получали всю солдатскую амуницию. Директор имел ближайших помощников: по строевой и воспитательной части — батальонного командира и младшего штаб-офицера, а по учебной части — инспектора классов и его помощника, по хозяйственной части — полицмейстера и других лиц.
   Каждая рота для своего размещения имела классные комнаты для занятий, рекреационный зал, дортуары (спальни) и другие помещения. На лето кадеты выводились в лагерь и жили в больших палатках, по 50 человек в каждой. Для петербургских кадетских корпусов лагерь располагался до 1829 г. в Красном Селе, а затем под Петергофом. Московские корпуса с 1832 г. располагались лагерем близ села Коломенское. Главнейшими лагерными занятиями были строевые учения (ротное, батальонное.
В кадетских корпусах было расширено преподавание математики с тем, чтобы выпускаемые в артиллерию и инженерные войска имели достаточную общую подготовку. В 1834 г. впервые в программы включается преподавание гимнастики. В помещениях рот надлежало иметь красные доски для показа на них фамилий отлично учившихся кадетов и черные — для нерадивых, или, как тогда любили говорить, “дурных кадет”. На каждого кадета была заведена аттестационная тетрадь, куда вносились хорошие и дурные поступки кадетов, их характеристика и меры для исправления плохих наклонностей. Бланки для аттестационных тетрадей выдавались штабом на каждого кадета поименно, были прошнурованы и скреплены печатью. Аттестационные тетради рассматривались три раза в год воспитательным комитетом корпуса. Среди наиболее строгих наказаний практиковались снятие погон, запись на черную доску, надевание серой куртки, розги (с разрешения директора), перевод в батальон военных кантонистов, назначение на службу нижними чинами. Мерами для поощрения воспитанников служили: похвальные листы, книги в подарок, помещение на красные доски имен наиболее отличившихся кадетов, производство в ефрейторы, в младшие и старшие унтер-офицеры, в фельдфебели, предоставление различных преимуществ при выпуске на службу. Руководство кадетских корпусов обязано было ежемесячно представлять в штаб ведомости о всех воспитанниках корпуса и их успеваемости.
   Согласно принятому в 1836 г. учебному плану в кадетских корпусах тех лет преподавались следующие предметы: в приготовительных классах — начало Закона Божьего, чтение и письмо по-русски, по-французски и по-немецки, начальный курс арифметики, чистописание и рисование; в общих и специальных классах — Закон Божий, русский язык и словесность, французский и немецкий языки, арифметика, алгебра, геометрия, тригонометрия, аналитическая геометрия, механика, естественная история, физика, химия; русская и всеобщая история, география, законоведение, статистика, артиллерия, тактика, военная топография, начертательные искусства, гимнастика, фехтование и танцы. В старших классах проходили дифференциальное и интегральное уравнения для готовящихся в артиллерийское и инженерное училища. Во время летних лагерей и каникул старшие кадеты, остававшиеся в корпусе, занимались топографическими работами. Для чтения издавался специальный литературный журнал, представлявший сборник лучших произведений того времени. Детских книг в то время не издавалось.
   Каждому учебному предмету был определен такой объем, чтобы все предметы, сообразно их важности, составили целостную программу курса. Программа была рассчитана на среднего кадета и подлежала обязательному усвоению. Кроме подробных программ были составлены конспекты; учебники для изучения этих программ были заказаны профессорам и выдающимся учителям. Более 50 учебников было составлено известнейшими педагогами того времени. Выпускник 2-го кадетского корпуса генерал М. И. Лелюхин, вспоминая о быте и нравах в корпусе в 1837 — 1845 гг., писал: “Умственное развитие кадет было весьма ограниченно, учились многому, но мало что вполне усваивали себе, главным образом по причине недостатков у наставников, которые могли бы помогать кадетам в приготовлении уроков. В вещах, составлявших одежду, кадеты не имели недостатка, белье было хорошее и в достаточном количестве, наконец, кормили в корпусе довольно хорошо. Я не помню, чтобы кто-нибудь из бывших кадет относился с враждебным чувством к корпусу, напротив, в воспоминаниях офицеров преобладает любовь к корпусу, какое-то родственное к нему чувство”.
   Степень поведения и нравственного достоинства воспитанников было принято определять баллами: 12 баллов — поведение отличное, 11 и 10 — очень хорошее, 9, 8, 7 — хорошее, 6, 5, 4 — посредственное, 3, 2, 1 – дурное.
С 1841 года в кадетских корпусах действовал следующий распорядок дня:
6.00 — 7.00 — подъем, умывание, одевание, чистка обуви и одежды, молебен. Завтрак — по утрам кроме булок начали давать сбитень; вообще обращено было внимание на улучшение питания.
7.00 — 8.00 — приготовление уроков;
8.00 — 11.00 — два урока, между которыми прогулка полчаса на чистом воздухе, несмотря ни на какую погоду; до 10 мороза — без шинелей.
11.00 —12.00 — фронтовые (строевые занятия).
12.00 — 13.00 — гимнастика, фехтование, танцы, пение.
13.00 — 13.30 — прогулка на свежем воздухе.
13.30 — 14.00 — обед (из трех блюд).
14.00 — 15.00 — отдых.
15.00 — 18.00 — два урока, между которыми прогулка.
18.00 — 18.30 — отдых.
18.30 — 20.00 — приготовление уроков.
20.30 — 21.00 — ужин, потом поверка и молитва.
21.00 — 21.30 — зоря, умывание, отбой.
   При Николае I создается Управление военно-учебных заведений, которое возглавил брат императора великий князь Михаил Павлович. В 1836 г. главным начальником военно-учебных заведений великим князем Михаилом Павловичем был введен новый Устав военно-учебных заведений. Число учебных классов в корпусах было сокращено до 8: 2 приготовительных, 4 общих и 2 специальных. Специальные классы в соответствии с Уставом были предусмотрены только в столичных корпусах: в Санкт-Петербурге в 1-м кадетском, 2-м кадетском и Павловском, в Москве: в 1-м Московском, а также Финляндском. В прочих же корпусах были только общие и приготовительные, а в Александровском малолетнем — 3 приготовительных. По окончании специальных классов кадеты производились в офицеры.
   Директора кадетских корпусов почитали за честь иметь в корпусе специальные классы и после того, как корпуса набирали силу и приобретали определенный авторитет, начинали выступать с ходатайствами о введении в корпусе специальных классов. В конце сороковых годов ХIХ столетия было принято решение учредить специальные классы в Оренбургском Неплюевском, Сибирском, Александровском сиротском, Константиновском, Владимирском Киевском кадетских корпусах.
В служебной записке, поданной на имя Александра II, военный министр Милютин отметил, что, по его мнению, “соединение в одном заведении общего образования и воспитания детей с образованием специально-военным юношей — противно как педагогическим началам, так и требованиям военной службы. Вести вместе воспитание детей с 10-летнего возраста и юношей до 20-летнего крайне неудобно в общем нравственном отношении; но всего важнее то, что подчинение тех и других общему строевому расчету и военной обстановке ведет неизбежно к двойной невыгоде: с одной стороны, условия педагогические не дозволяют в деле воспитания малолетних детей применять к ним военную дисциплину и формы военной службы; с другой же стороны, допускаемые по необходимости в воспитательном заведении отступления от настоящих требований военной службы приучают юношей до самого выхода в офицеры смотреть на эти требования слегка как на игрушку. Из этого соображения я выводил необходимость совершенного отделения общевоспитательных заведений от специально-военных, которые должны быть устроены для юношеского возраста с непременным условием строгого соблюдения всех действительных требований военной службы”.
Все существовавшие к этому времени кадетские корпуса были переименованы в военные гимназии или расформированы. Во вновь созданных общеобразовательных военно-учебных заведениях вместо воинской дисциплины было введено правильное, согласно тогдашним требованиям педагогики, воспитание под руководством воспитателей, без участия унтер-офицеров из старших кадетов. До реформы военно-учебных заведений в 1863 году кадетские корпуса имели чисто военную организацию — были подразделены на роты, и им дарованы были знамена. В учебном отношении корпуса имели 10 классов: 2 приготовительных, 6 общих и 2 специальных, по окончании которых кадеты производились в офицеры.
Воспитанники каждой военной гимназии с интернатом делились на возрасты, помещаемые в здании отдельно один от другого; каждый возраст был подразделен на 4 — 5 отделений, составленных из воспитанников одних лет и одного класса, до 35 человек в классе. Отделенные воспитатели, назначаемые директорами гимназий как из лиц, состоящих на военной, так и гражданской службе и получивших основательное образование, утверждались в должности главным начальником военно-учебных заведений. Каждый воспитатель был обязан пристально наблюдать за своим отделением по всем вопросам воспитания нравственного, умственного и физического.
В основу воспитательного процесса в военных гимназиях легли следующие положения:
1) Каждый воспитатель лично несет ответственность за воспитание находящегося в его подчинении воспитанника.
2) Необходимое знакомство со всей деятельностью воспитанников, с их нуждами, понятиями и убеждениями может быть достигнуто только частым пребыванием воспитателя в среде воспитанников его отделения; во время приготовления ими уроков воспитатель прямо исполняет обязанности репетитора или же организует во всей подробности учебные занятия своих воспитанников вне класса.
3) Воспитатель следит за опрятностью воспитанников, исправностью их одежды, помещения и продовольствия, за всеми физическими их упражнениями, за всем образом жизни порученных ему воспитанников как в заведении, так по возможности и вне его.
4) Дежурный воспитатель неотлучно остается в заведении в течение суток и наблюдает как за поведением воспитанников своего возраста, так и за своевременным исполнением всех назначенных по расписанию дневных занятий.
5) На собраниях педагогического комитета всесторонне обсуждаются вытекающие из жизни заведения вопросы учебно-воспитательной практики с целью установления единства во взглядах и действиях всех наставников каждой гимназии.
В военные гимназии были превращены следующие кадетские корпуса:
1-й кадетский
2-й кадетский
1-й Московский императрицы Екатерины II
Нижегородский графа Аракчеева
Орловский Бахтина
Полоцкий
Петровский Полтавский
2-й Московский императора Николая I
Михайловский Воронежский
Оренбургский Неплюевский
Сибирский
Владимирский Киевский.
Расформированы следующие корпуса:
Павловский
Константиновский
Александровский малолетний.
Реформа не коснулась Пажеского и Финляндского корпусов.
   Императору Александру III (1881-1894 гг.) в определенной степени пришлось ликвидировать те промахи, которые были допущены его предшественником в области военного образования, в подготовке офицерских кадров. Уже к началу 80-х гг. проявились негативные черты нововведений, предпринятых по инициативе военного министра Милютина. Будучи непривычными к строгости и суровости военного распорядка и не имея необходимых знаний, выпускники военных гимназий не соответствовали в полной мере требованиям ни гражданской, ни военной службы.
   22 июля 1882 года по военному ведомству было объявлено, что “принимая во внимание заслуги бывших в Империи кадетских корпусов, питомцы которых, “прославив русское оружие в достопамятных войнах прошлого и текущего столетий, доблестно подвизались на различных поприщах полезного служения Престолу и Отечеству”, император повелел:
1) все военные гимназии именовать впредь кадетскими корпусами;
2) в память того, что военно-учебные заведения в империи более всего обязаны своим развитием заботам императоров Николая I и Александра II, именовать: приготовительный пансион Николаевского кавалерийского училища — Николаевским, а 3-ю Петербургскую военную гимназию — Александровским кадетскими корпусами.
Вследствие переименования военных гимназий в кадетские корпуса было решено:
а) сохранив установившийся в этих заведениях общеобразовательный учебный курс и общие основы воспитания, уравнять их в средствах содержания и придать всему строю внутренней жизни корпусов такой характер, который вполне отвечал бы цели учреждения этих военно-учебных заведений;
б) замещать впредь должности воспитателей исключительно офицерами, назначаемыми с самой строгой разборчивостью;
в) оставив по-прежнему разделение воспитанников на группы по возрастам и классам, присвоить им наименование рот с восстановлением вновь должности ротных командиров, назначаемых из наиболее опытных и надежных воспитателей.
   Летом 1885 г. старшие роты кадетских корпусов впервые были выведены для строевых и тактических занятий в лагеря. В 1887 году Александровский кадетский корпус был преобразован в интернат, а 3-й Московский закрыт. В этом же году учрежден был 2-й Оренбургский кадетский корпус; 1-й кадетский корпус в Петербурге был перемещен в его историческое здание на Васильевском острове, где к этому времени находилось Павловское военное училище, которое переведено в здание, построенное в 1837 г. для бывшего Дворянского полка, занятое 1-м корпусом. Вследствие закрытия 3-го Московского кадетского корпуса 4-й корпус переименован в 3-й.
При императоре Александре III было вновь сформировано 9 кадетских корпусов:
1) 1882 г. — Александровский императора Александра II кадетский корпус на базе 3-й Санкт-Петербургской военной гимназии, основанной в 1873 г. Первый директор — генерал-майор Рудановский К. В. 11 февраля 1903 г. — императора Александра II кадетский корпус. Расформирован в 1917 г.
2) 1882 г. — Симбирский кадетский корпус на базе Симбирской военной гимназии, сформированной в 1873 г.
3) 1882 г. — 3-й Московский кадетский корпус на базе 3-й Московской военной гимназии, сформированной в 1874 г. Расформирован в 1893 году.
4) 1882 г. — Тифлисский великого князя Михаила Николаевича кадетский корпус на базе Тифлисской военной гимназии, сформированной в 1874 г. С 1909 г. — Тифлисский великого князя Михаила Николаевича кадетский корпус.
5) 1882 г. - Псковский кадетский корпус на базе Псковской военной гимназии, сформированной в 1874 г.
6) 1882 г. — 4-й Московский кадетский корпус на базе 4-й Московской военной гимназии, сформированной в 1874 г. С 1893 г. — 3-й Московский кадетский корпус. С 1908 г. — 3-й Московский императора Александра II кадетский корпус.
7) 1882 г. — Николаевский кадетский корпус на базе приготовительных классов Николаевского кавалерийского училища, сформированного в 1864 году из общих классов школы гвардейских подпрапорщиков.
8) 30 августа 1883 г. — Донской кадетский корпус. Город Новочеркасск. Первый директор — полковник И. М. Левачев. 18 февраля 1898 г. — Донской императора Александра III кадетский корпус. Прекратил существование на территории России в 1920 г.
9) 29 мая 1887 г. — 2-й Оренбургский кадетский корпус. Первый директор — генерал-майор Боголюбов. Прекратил существование в 1920 г.
   В царствование императора Николая II были учреждены 9 кадетских корпусов:
1) 1896 г. — Ярославский кадетский корпус. Основан из Ярославской военной школы, сформирован в 1868 г.
2)                Суворовский кадетский корпус в Варшаве.
3) В 1889 г. — Одесский кадетский корпус. В 1915 г. — Одесский великого князя Константина Константиновича кадетский корпус.
4) В 1900 г. — Сумский кадетский корпус.
5) В 1900 г. — Хабаровский кадетский корпус. В 1908 г. — Хабаровский
рафа Муравьева-Амурского кадетский корпус. Основан из приготовительной школы при Сибирском кадетском корпусе, сформирован в 1888 г.
6) В 1902 г. — Владикавказский кадетский корпус.
7) В 1904 г. — Ташкентский наследника цесаревича Алексея Николаевича кадетский корпус.
8) В 1908 г. — Вольский кадетский корпус.
9) В 1913 г. — Иркутский кадетский корпус.
Организация и обучение
   Восстановленные в 1882 г. и основанные впоследствии кадетские корпуса являлись средними военно-учебными заведениями; в них были только общеобразовательные классы и велась предварительная подготовка к военной службе.
Корпуса имели военную организацию и строгие нормы поведения кадетов, во многом определявшие формирование личности будущего офицера российской армии.
   Каждому кадету надлежит быть благочестивым, беспредельно преданным Отечеству, быть правдивым во всем, беспрекословно повиноваться начальникам, быть храбрым и терпеливо переносить все тяготы, которые подчас бывают неизбежны.
   Кадет обязан строго и точно соблюдать воинскую дисциплину и порядок в корпусе. Он обязан также точно и добросовестно исполнять все служебные обязанности, возложенные на него во внутренней, строевой и хозяйственной службах.
   В течение первого года обучения кадет должен хорошо усвоить основные служебные требования, обязательные в его повседневной жизни.
   По всем надобностям он обязан всегда обращаться только к своему непосредственному начальнику. По делам же личным, до него касающимся и не относящимся к службе, он имеет право обратиться непосредственно к сотенному командиру, но только с разрешения своего непосредственного начальника. О случившемся с ним нездоровье кадет обязан без промедления доложить своему непосредственному начальнику.
   Кадет не имеет права самовольно отлучаться из корпуса, не получив на то разрешения,
   Каждый кадет должен иметь и вне корпуса бодрый и молодцеватый вид. Соблюдать со всей точностью правила отдания воинской чести.
   Кадет обязан вести себя прилично, с посторонними быть вежливым, не вмешиваться в споры, не участвовать в уличных сборищах и беспорядках. Он должен помнить, что по его поведению за пределами корпуса будут судить не только о нем, но и о корпусе в целом и мундире, который он носит.
   Обо всех замечаниях, сделанных ему встретившимися начальниками или переданных приказаниях кадет обязан доложить своему непосредственному начальнику.
   Оружие, снаряжение, обмундирование и прочие, состоящие на нем казенные вещи кадет обязан беречь и содержать всегда в полной исправности. При отправлении в лазарет, в отпуск или в карцер он обязан сдать казенные вещи (указанные в перечне) в цейхгауз.
   Кадет должен быть чистоплотен, опрятен и соблюдать в этом отношении следующие правила:
• встав утром, убрать постель, вычистить одежду, сапоги, починить разорванное, умыть лицо, шею, руки, выполоскать рот, почистить зубы и причесаться, затем, помолившись Богу, вполне исправным явиться к утреннему осмотру;
• ходить в баню не менее 2-х раз в месяц, белье менять не менее одного раза в неделю;
• летом купаться только в отведенных местах и с разрешения начальников;
• ноги содержать в чистоте и чаще менять носки. Ногти на руках и ногах иметь остриженными;
• волосы на голове иметь коротко остриженными; ежедневно расчесывать их расческой;
• белье не занашивать; сырого белья или носков не надевать. Не сушить белье в жилом (спальном) помещении и не развешивать его где попало;
• одежду носить бережно. Чинить ее своевременно. Крючки и пуговицы должны быть надежно и крепко пришиты. Обувь всегда должна быть исправна и почищена;
• подушки и постель кадет обязан сам заправлять и содержать опрятно, проветривая и выколачивая их не реже одного раза в неделю (обычно по субботам). Под матрацем и подушкой не держать никаких вещей. Под кроватью не иметь сора.

Обмундирование кадетов кадетских корпусов
   Форма одежды в кадетских корпусах менялась много раз, в зависимости от перемен в одежде войск и из других соображений. Кадеты в свое время носили фраки, камзолы (сюртуки), мундиры, штиблеты, панталоны с крагами, шаровары; имели косы, пудрили волосы; головной убор составляли шляпа с перьями, картузик, кивер, каска, кепи, фуражка, картуз.
   Обмундирование кадетов всех корпусов в конце XIX в., за исключением Николаевского и Донского императора Александра III, было почти одинаково, и корпуса отличались лишь цветом погон с их кантами и верхней цветной выпушкой на тулье фуражки.
   Мундир из черного сукна однобортный с 8 медными пуговицами по борту и 2 у воротника для пристегивания погон. Воротник из черного сукна с красной петлицей, с нашитым на ней на парадном мундире золотым галуном и погонами разных цветов, присвоенных каждому корпусу. Пуговицы с изображением двуглавого орла с сиянием.
1) Брюки из черного сукна навыпуск.
2) Шинель из черного сукна с черным отложным воротником и хлястиком с 5 пуговицами в один ряд вдоль борта по середине шинели, 2 пуговицами у погон и 2 сзади у хлястика, погоны как на мундире.
3) Фуражка с черным козырьком, красным околышем с солдатской кокардой на околыше, с цветной выпушкой вверху у тульи, цвета, присвоенного каждому корпусу.
4) Пояс из черной кожи с медной бляхой с изображением двуглавого орла на щите с сиянием.
5) Кадеты 1-й строевой роты носили штык в ножнах у левого бедра.
   Верхняя выпушка на фуражке была по цвету погон, но при черных погонах — по цвету их кантов: в Ярославском — синяя, в Псковском и Хабаровском — белая, в Орловском — желтая, во 2-м Оренбургском — желтая.
   Погоны вице-унтер-офицеров обшивались вокруг золотым галуном, как у юнкеров, у вице-фельдфебелей сверх того нашивался галун продольно посреди погона, который сохранялся на юнкерских погонах.
   В Николаевском кадетском корпусе была присвоена особая форма „бывших воспитанников приготовительного класса Николаевского кавалерийского училища: погоны красного цвета с темно-синим кантом, брюки — темно-синие, пояс из белой лосиной кожи, орлы на пуговицах и бляха, без сияний. Кадеты 1-й роты носили штыки драгунского образца на лосиной портупее.
   В Донском императора Александра III корпусе форма донских казаков: погоны темно-синие с красным кантом и вензелем, брюки с красными казачьими лампасами. Кадеты старших классов носили шашки казачьего образца.
   В 1910 г. распорядок дня в кадетских корпусах был следующим (расписание 3-го Московского императора Александра II кадетского корпуса):
6.00 — подъем;
6.00 — 7.00 — умывание, молитва, утренний чай;
7.00 — 7. 45 — утренний воспитательский осмотр, утренние занятия;
7.45 — 8.00 — отдых и прогулка;
8.00 — 14.40 — уроки (шесть уроков, по 50 мин. с переменами по 10 мин.);
10.50 — 11.50 — большая перемена, во время которой — завтрак и прогулка;
15.00 — 16.00 — обед;
16.00 — 18.00 — свободное время, музыка, ручной труд, пение, фехтование и другие необязательные занятия;
18.00 — 20.00 — самоподготовка, приготовление уроков;
20.00 — вечерний чай, чистка, умывание;
21.00 — отход ко сну младших кадетов (1, 2, 3, 4 и 5-е классы);
22.00 — отход ко сну кадетов старших классов (6 и 7-е классы).
   В летних лагерях кадеты занимались чтением книг, решением задач, повторением пройденного, списыванием с книг, диктантами. Во время экскурсий и прогулок кадеты собирали гербарии, насекомых, минералы. С 1911-1912 годов в кадетских корпусах введена стрельба начиная с 4-го класса. Организуются прогулки-экскурсии применительно к программе «Юных разведчиков (скаутов)» Баден-Пауля во всех классах. Юноши, успешно закончившие корпус, получали право на поступление в военные училища или в случае неспособности к воинской службе — на партикулярный чин 14-го класса.
К 1917 году в России действовал 31 кадетский корпус, включая Морской и Пажеский. Общее число кадетов к 1917 году превышало 10 тысяч. После февральской революции кадетские корпуса были переименованы в гимназии военного ведомства без изменения программ обучения. В 1918 году в связи с ликвидацией императорской армии кадетские корпуса были закрыты.
   К февралю 1917 года в России существовали следующие кадетские корпуса.
Основанные императрицей Анной Иоанновной:
• Первый кадетский корпус. Шеф Его Величество — 1732 г., директор — генерал-майор Федор Алексеевич Григорьев.
Основанный Елизаветой Петровной:
• Морской кадетский корпус — 1752 г.
Основанные императрицей Екатериной II:
• 2-й кадетский императора Петра Великого корпус — 1762 г., старшинство с 1712 г., директор — генерал-майор Александр Карлович Линдебергер;
• 1-й Московский императрицы Екатерины II кадетский корпус — 1778 г., директор — генерал-майор Владимир Валерьянович Римский-Корсаков.
Основанные императором Александром I:
• Пажеский Его Императорского Величества корпус, директор —генерал-майор Владимир Александрович Шильдер — 1802 г., старшинство с 1742 г.

Основанные императором Николаем I:
• Нижегородский графа Аракчеева — 1834 г., директор — генерал-майор Леонид Павлович Войшин-Мурдас-Жилинский;
• Полоцкий —1835 г., директор — генерал-майор Модест Григорьевич Чигирь;
• Петровский-Полтавский кадетский корпус, 1840 г., директор — полковник Николай Петрович Попов;
• Воронежский великого князя Михаила Павловича — 1845 г., директор — генерал-майор Михаил Павлович Бородин;
• Орловский Бахтина — 1843 г., директор — генерал-майор Роберт Карлович Лютер;
• Оренбургский Неплюевский — 1844 г., старшинство с 1825 г., директор — генерал-майор Николай Александрович Пузанов;
• 1-й Сибирский императора Александра I — 1845 г., старшинство с 1813 г., директор — генерал-майор Александр Ардальенович Медведев;
• 2-й Московский императора Николая I — 1849 г., директор —полковник Владимир Эдуардович Данкварт.
Основанные императором Александром II:
• Владимирский Киевский — 1857 г., старшинство с 1851 г., директор — генерал-майор Евгений Евстафьевич Семагикевич.
Основанные императором Александром III:
• Императора Александра II — 1882 г., старшинство с 1873 г., директор — генерал-лейтенант Александр Тосифович Малиновский;
• Симбирский — 1882 г., старшинство с 1873 г., директор — генерал-майор Карл Вельяминович Шпигель;
• Тифлисский великого князя Михаила Николаевича кадетский корпус — 1882 г., старшинство с 1862 г., директор — генерал-майор Иван Петрович Томкеев;
• Псковский кадетский корпус — 1882 г., старшинство с 1858 г., директор — генерал-майор Владимир Павлович Родионов;
• 3-й Московский императора Александра II кадетский корпус — 1882 г., старшинство с 1858 г., директор — генерал-майор Валерьян Лукич Лобачевский;
• Николаевский — 1882 г., старшинство с 1833 г., директор — генерал-майор Владимир Викторович Квадри;
• Донской императора Александра II — 1882 г., директор —генерал-майор Павел Николаевич Лазарев-Станищев;
• 2-й Оренбургский — 1887 г., директор — генерал-майор Василий Васильевич Григоров.
Основанные императором Николаем II:
• Ярославский — 1896 г., старшинство с 1858 г., директор — генерал-майор Иосиф Ануфриевич Латур;
• Суворовский — 1899 г., директор — генерал-майор Александр Николаевич Ватлин;
• Одесский великого князя Константина Константиновича — 1899 г., директор — генерал-майор Николай Александрович Родкевич;
• Сумский — 1900 г., директор — генерал-майор Андрей Михайлович Саранчов;
• Хабаровский графа Муравьева-Амурского — 1900 г., директор — генерал-майор Константин Николаевич Гришков;
• Владикавказский — 1900 г., директор — генерал-майор Иван Гаврилович Соймонов;
• Ташкентский наследника цесаревича — 1901 г., директор — полковник Владимир Матвеевич Кох;
• Вольский кадетский корпус — 1908 г., старшинство с 1858 г., директор — генерал-майор Петр Викторович Моралевский;
• Иркутский — 1913 г.
   Директора кадетских корпусов и их роль в формировании корпусов и организации учебно-воспитательной работы
   Система отношений преподавателей и воспитанников в корпусах определялась прежде всего военным характером учебного заведения. Кадеты подчинялись требованиям военных уставов, в корпусе поддерживалась строгая воинская дисциплина, кадеты регулярно участвовали в строевых смотрах, ходили в караулы. Однако не только этими факторами определялась повседневная жизнь кадетов. Многое зависело от личности и взглядов директора корпуса, который обладал значительной властью и был достаточно автономен в своих решениях и предпочтениях. Следует подчеркнуть, что в большинстве случаев директор кадетского корпуса был для кадетов в полном смысле слова “бог, царь и воинский начальник”. Особенно это касается того периода, когда не существовало централизованного управления кадетскими корпусами и директору корпуса единолично приходилось принимать решения, касающиеся становления и развития корпуса. В XVIII — начале XIX вв. смена директоров корпуса нередко влекла за собой и полное изменение системы педагогических приемов и подходов.
Почти все организационные меры в кадетских корпусах имели характер “домашних” распоряжений, которые принимались и отменялись по личному усмотрению директора, без предварительного коллегиального обсуждения. Поэтому правильность организации учебного процесса в кадетских корпусах главным образом обусловливалась степенью умения и старания директора корпуса. От директора во многом зависел выбор программ обучения и привлекаемых для преподавания учебных руководств, так как обязательных программ, особенно в первые годы, не было.
Руководство военно-учебными заведениями
   Впервые вопрос о централизованном руководстве военно-учебными заведениями России возник в самом начале царствования Александра I при обсуждении проекта создания новых министерств в мае 1802 г. Первоначально предполагалось подчинить военно-учебные заведения Министерству народного просвещения, но вскоре эта идея была отвергнута. В 1805 г. было принято решение поручить управление кадетскими корпусами и военными училищами Совету из директоров столичных кадетских корпусов и других лиц по указанию императора. Под руководством совета должен был функционировать комитет из специалистов для разработки уставов, штатов, инструкций, программ для корпусов и военных училищ. Периодически совет намеревался производить инспекторские проверки во вверенных ему военно-учебных заведениях.
   В конце марта 1805 г. был учрежден Совет о военных училищах под председательством цесаревича Константина Павловича. В совет вошли министр народного просвещения П. В. Завадский, министр военных сухопутных сил С. К. Вязмитинов, инженер-генерал П. К. Сухтелен, инспектор артиллерии А. А. Аракчеев и др. Уже в мае 1805 г. совет представил на рассмотрение императора проект устава и штатов губернских военных училищ. Однако дальнейшая деятельность совета не внесла в жизнь кадетских корпусов каких-либо больших изменений. В архивах имеются документы о работе совета в 1805-1809 гг. В последующие годы совет существовал только номинально. И лишь в 1830 г. коллегиальное управление кадетскими корпусами и военными училищами было возложено на Совет о военно-учебных заведениях.
   Кроме учреждения Совета для высшего надзора за хозяйством, дисциплиной и порядком в кадетских корпусах устанавливается должность главного директора кадетских корпусов, которым становится цесаревич Константин Павлович. Но так как Константин Павлович большую часть времени проводил в Варшаве как наместник в Польше, в 1819 г. учреждается должность главного директора Пажеского и кадетских корпусов, подчиненного непосредственно цесаревичу. На эту должность назначается выпускник 2-го кадетского корпуса герой войны 1812 г. генерал П. П. Коновицын. Все дела по управлению военно-учебными заведениями в то время сосредоточились в Варшаве в военной канцелярии цесаревича. В Петербурге в 1820 г. учреждается особое дежурство при главном директоре с канцелярией из трех отделений: инспекторского, учебного и хозяйственного. Инспекторское отделение заведовало делами по определению и выпуску воспитанников, по личному составу служащих военно-учебных заведений. Учебное отделение рассматривало вопросы совершенствования учебного процесса в корпусах, контролировало набор преподавателей и воспитателей в кадетские корпуса, следило за пополнением библиотек и музеев. В хозяйственном отделении были сосредоточены все вопросы, связанные с обеспечением корпусов вещевым имуществом, продовольствием, строительством новых зданий и т. д. В 1823 г. в связи со смертью П. П. Коновицына главным директором назначается генерал-адъютант П. В. Голенищев-Кутузов.
   В апреле 1830 г. указом императора восстанавливается в своих правах, но с новым названием — Совет о военно-учебных заведениях. В обязанность совета входило наблюдение за всей деятельностью, касающейся благоустройства всех подведомственных ему заведений, наблюдение за точным исполнением всех издаваемых для них постановлений. Рассмотрению совета подлежали все предложения по совершенствованию учебного процесса в заведениях, контроль за соблюдением сметы расходов. На проводимых советом заседаниях председательствовал его председатель граф П. А. Толстой. О принятых решениях непосредственно информировался цесаревич Константин Павлович.
   После смерти Константина Павловича в 1831 г. главным начальником Пажеского, всех сухопутных кадетских корпусов и Дворянского полка, руководителем Совета о военно-учебных заведениях назначается брат Николая I великий князь Михаил Павлович. При Михаиле Павловиче значительно изменилось влияние Главного управления военно-учебных заведений на процесс формирования кадетских корпусов, разработку и утверждение программ обучения, издание учебников и учебных пособий, на осуществление контроля за процессом обучения в кадетских корпусах. Михаил Павлович, приступив к своим обязанностям, первым делом занялся созданием централизованного управления вновь порученным ему обширным ведомством.
   В 1832 г. началось формирование штаба Его Высочества по управлению военно-учебными заведениями. Первым начальником штаба был назначен генерал-лейтенант А. И. Кривцов, а дежурным штаб-офицером полковник Я. И. Ростовцев. С 1835 г. штаб по военно-учебным заведениям возглавил Я. И. Ростовцев, внесший исключительно большой вклад в создание и развитие кадетских корпусов. Штаб состоял из пяти отделений: первого — прием, перевод, исключение, выпуск воспитанников; второго — контроль за прохождением службы всех служащих ведомства; третьего — воспитательной работы; четвертого — хозяйственного; пятого — отчетности. Одновременно вводится институт инспекторов военно-учебных заведений.
   В течение всего срока пребывания Михаила Павловича на посту главного начальника военно-учебных заведений постоянно разрабатывалась во всех подробностях новая система военного воспитания и устанавливался тот строго определенный порядок во внутренней жизни кадетских корпусов, который, по признанию исследователей, практически сохранился в главных чертах до того времени, когда в начале 20-х гг. прошлого столетия корпуса прекратили свое существование.
   Цель, которую преследовал при этом Михаил Павлович, была сформулирована в “Наставлении для образования воспитанников военно-учебных заведений”, составленном под непосредственным контролем великого князя: “Христианин, верноподданный, русский, добрый сын, надежный товарищ, скромный и образованный юноша, исполнительный, терпеливый и расторопный офицер — вот качества, с которыми воспитанник этих заведений должен переходить со школьной скамьи в ряды армии с чистым желанием отплатить Государю за его благодеяния честной службой, честной жизнью и честной смертью”. Сообразно с этою целью преимущественное внимание в кадетских корпусах обращалось на нравственное воспитание, краеугольным камнем всего обучения и воспитания была религия как надежная основа нравственности.
   Вскоре после вступления в должность главного начальника Михаил Павлович ввел в обязанность директоров кадетских корпусов “строго наблюдать за тем, чтобы только люди истинно достойные, с чистой нравственностью, с познаниями и способностями к воспитанию допускались в должность воспитателей”. Как и в период создания 1-го кадетского корпуса, в 30-е годы XIX столетия в России ощущалась нехватка квалифицированных педагогических кадров. Тяжелые обязанности, сравнительно небольшое материальное вознаграждение, отсутствие возможности создать на этом поприще какую-либо заметную карьеру — все это заставляло избегать этой службы; попавшие же на нее по тем или иным обстоятельствам педагоги часто относились нерадиво к своим обязанностям, вели себя несоответственно своему призванию руководить воспитанием юношества и “нередко обретались в пьянство”. В военно-учебных заведениях постоянных преподавателей почти совсем не было, кроме учителей из кантонистов и корпусных офицеров. Большинство квалифицированных преподавателей числилось на службе в других ведомствах.
   По указанию Михаила Павловича были приняты решительные меры и в корпусах радикально улучшено положение педагогического персонала. В 1836 г. было утверждено составленное по указанию великого князя “Положение о службе по учебной части в военно-учебных заведениях”, в основных чертах сохранившее силу до роспуска кадетских корпусов. Была создана возможность для привлечения на преподавательскую службу лучших педагогических сил, что способствовало практическому успеху тех мер, которые были приняты для надлежащей постановки учебного процесса в корпусах и для улучшения в них системы воспитания кадетов.
   В 1840 г. были впервые изданы подробные программы по всем учебным предметам, преподаваемым в кадетских корпусах. По представлению Михаила Павловича один из наиболее просвещенных в то время генералов, барон Н. В. Медем, был командирован на продолжительное время за границу с поручением “следить за ходом усовершенствования в Европе военных наук и тем способствовать развитию преподавания их в русских военно-учебных заведениях”. Программы 1840 г. вскоре после поступивших сообщений Медема тщательно пересмотрены и изданы в исправленном и значительно обновленном виде. В 1848 г. было составлено упомянутое выше “Наставление для образования воспитанников военно-учебных заведений”, утвержденное императором 24 декабря 1848 года.
   Большое внимание обращалось на привитие кадетам любви к внеклассному чтению. С этой целью при Главном управлении военно-учебных заведений было начато с 1836 года издание “Журнала для чтения воспитанников военно-учебных заведений”. Журнал выходил два раза в месяц и издавался в течение почти тридцати лет, он рассылался во все заведения по одному экземпляру на каждых пять воспитанников. В 1848 г. штабом военно-учебных заведений был издан каталог книг, руководствуясь которым, каждый из корпусов обязан был систематически пополнять свою библиотеку по всем разделам знаний.
   Значительное внимание в программе обучения уделялось строевой подготовке будущих офицеров. Помимо обычных смотров главный начальник лично принимал участие в строевой подготовке кадетов, производя петербургским кадетам частые, общие и так называемые восьмирядные ученья, при которых выпускные кадеты занимали места взводных командиров. Несколько раз в течение лета он поднимал лагерный сбор по ночной тревоге для тактических учений. Особенно строгим испытаниям в верховой езде по кавалерийской подготовке подвергались те из кадетов, которые, предназначаясь на службу в кавалерию, прикомандировывались к соответствующим образцовым войсковым подразделениям и производились в офицеры не иначе, как по непосредственному указанию великого князя. Однако по указанию князя директорам кадетских корпусов было категорически запрещено злоупотреблять. занятиями по строевой подготовке. В начале своего руководства военно-учебным ведомством великий князь усмотрел в отчетах, что многие воспитанники, предназначавшиеся к исключению из корпусов по болезни, оказывались неспособными к военной службе “из-за учащенного сердцебиения и аневризмы”, признавая, что “подобные болезни нередко рождаются и укореняются от не соответствующих силам молодых людей частых и продолжительных занятий строевой подготовкой”. Директорам всех военно-учебных заведений было предписано соразмерять занятия по строевой подготовке воспитанников с их физическими силами.
   Великий князь многое сделал для улучшения быта кадетских корпусов. При нем было начато строительство новых зданий кадетских корпусов, производилась реконструкция зданий, в которых кадетские корпуса уже располагались. Для летних лагерей было велено подыскивать соответствующую местность и ставить в известность Главное управление с целью закрепления загородных участков за кадетскими корпусами.
   Для лечения хронически больных воспитанников великий князь устроил больницу в своем Ораниенбаумском имении, а потом в г. Старая Русса. При своих личных инспекциях кадетских корпусов Михаил Павлович входил во все подробности жизни воспитанников, тщательно осматривая все их помещения, одежду и белье, и строго взыскивал за замеченные упущения. На кадетов, отличавшихся своими успехами и поведением, великий князь обращал особое внимание, нередко приглашал их в свой дворец, присылал для кадетов билеты на театральные представления, устраивал для них концерты и увеселительные прогулки на своей Каменно-Островской даче, в Павловском и Ораниенбаумском парке. К этому времени относится начало проведения в кадетских корпусах домашних спектаклей, танцевальных вечеров, гимнастических упражнений на открытом воздухе и различных подвижных игр. Начальству корпусов предписывалось поощрять занятия воспитанников музыкой.
   Император по достоинству оценивал деятельность брата на посту главного начальника военно-учебных заведений, неоднократно выказывая ему свое расположение. Николай I лично часто посещал кадетские корпуса и неизменно подчеркивал, что великий князь сделал исключительно много для улучшения всей системы подготовки офицеров для российской армии. Император отмечал, что “заведения эти, совершенствуясь с каждым годом, успели достигнуть во всех отношениях цели своего учреждения и что до столь отличного состояния они были доведены неусыпной заботой Его Высочества”.
   Михаил Павлович скончался в августе 1849 г. Будучи сам всегда образцом неуклонной исполнительности, начиная с точного соблюдения до мельчайших подробностей установленной формы, он был очень требователен и взыскателен в делах службы по отношению к подчиненным и сурово карал за всякие нарушения и упущения. Воспитанники военно-учебных заведений всегда находили в нем заботливого отца. В бумагах скончавшегося великого князя был найден документ, написанный его рукой и озаглавленный: “Прощанье с моими детьми военно-учебных заведений”. Это “Прощанье” тогда же было приказано поместить во всех тогдашних военно-учебных заведениях под бюстом Его Высочества. Свое духовное завещание великий князь закончил следующими словами: “Благодарю всех моих сослуживцев за их усердие и за их ко мне доверенность; если я кого-либо обидел, то от всей души и искренно прошу их простить меня и верить мне, что я никогда не хотел огорчить их с умыслом”.
   19 сентября 1849 года главным начальником военно-учебных заведений был назначен наследник цесаревич Александр Николаевич. Управление военно-учебными заведениями сблизило Александра II с генералом Ростовцевым.
Вступив на престол в 1855 г. после смерти Николая I, Александр II возложил командование над военно-учебными заведениями на генерал-адъютанта Ростовцева, состоявшего уже на протяжении 25 лет начальником штаба Главного управления военно-учебных заведений.
   6 февраля 1860 года Я. И. Ростовцев скончался, и главным начальником военно-учебных заведений становится великий князь Михаил Николаевич. При нем и под его председательством создается комиссия для реформирования военно-учебных заведений. Вскоре после окончания Крымской войны в обществе стали говорить о недостатках образования и воспитательного процесса в кадетских корпусах. При этом многие ссылались на труды знаменитого врача-педагога Пирогова, который в своей педагогической деятельности и своих произведениях настойчиво проводил мысль, что в подрастающем поколении необходимо прежде всего воспитывать человека. По мнению некоторых высокопоставленных военных, вся организация корпусов якобы перестала соответствовать новым потребностям русской жизни. Как на ненормальность в постановке учебного и воспитательного процесса в кадетских корпусах указывалось на неуместность совместного воспитания почти взрослых молодых людей с детьми и воспитания тех и других одинаково в духе военной дисциплины, а также на увлечение в процессе обучения военными дисциплинами.
   Когда Михаил Николаевич был назначен наместником Кавказа, ведомство военно-учебных заведений было введено в состав Военного министерства и организовано (21 января 1863 года) Главное управление военно-учебных заведений Военного министерства, во главе которого стал начальник, а с 1867 г. главный начальник военно-учебных заведений генерал-майор Н. В. Исаков. Военным министром в это время был генерал-адъютант Милютин, по плану которого и велось преобразование военно-учебных заведений. Одновременно с преобразованием кадетских корпусов в военные гимназии были преобразованы и низшие, так называемые училища военного ведомства, в военно-начальные школы (1866 г.), а потом преобразованы в военные прогимназии (1868 г.).
   В августе 1863 г. были изданы Положение и штат Главного управления военно-учебных заведений. В 1864 г. вместо выходившего с 1836 г. “Журнала для чтения воспитанников военно-учебных заведений” начал выходить ежемесячный журнал под названием “Педагогический сборник”, который публиковался до 1917 г. и был предназначен для обсуждения педагогических приемов воспитания и системы преподавания в гимназиях различных предметов. В 1869 г. вышло новое “Положение о военно-учебных заведениях”, а в 1871 г. — их второе издание под названием: “Постановления о военно-учебных заведениях”, заключавшие в себе подробные штаты, табели, описания формы одежды, учебные программы с распределением уроков для каждого предмета.
   Одновременно с образованием Главного управления было положено начало центральной Педагогической библиотеке ведомства с музеем, для которых отведено помещение упраздненной в 1864 г. типографии на набережной Невы, в одном из зданий бывшего 1-го кадетского корпуса. В 1871 году музей с библиотекой были переведены в здание близ Летнего сада.
   Для приготовления учителей для военно-учебных заведений была учреждена в Москве в 1866 году Учительская семинария военного ведомства. До этого же времени учителя для училищ военного ведомства выходили из Учительского отделения при Петербургском училище военного ведомства, преобразованном в Военно-чертежную школу.
   В марте 1900 г. состоялось назначение на должность главного начальника военно-учебных заведений Его Императорского Высочества великого князяКонстантина Константиновича.
   В жизни кадетских корпусов наступила новая эра — возврат к старым славным традициям корпусов времен императора Николая I. Корпусам, превращенным в 1863 г. в военные гимназии и вновь восстановленным в 1882 г., были возвращены их старые знамена, которые хранились в музеях; вновь учрежденным в царствование императоров Александра III и Николая II корпусам были пожалованы новые. Будучи в должности генерал-инспектора военно-учебных заведений, великий князь до самой своей кончины 2 июня 1915 г. энергично руководил делом развития и усовершенствования кадетских корпусов.
   Константин Константинович родился 10 августа 1858 года в семье великого князя Константина Николаевича и княгини Александры Иосифовны. С 1866 года Константин Константинович обучался в Морском кадетском корпусе. С 1870 года начал ежегодно плавать на судах учебной эскадры Морского кадетского корпуса. В 1876 году в возрасте 16 лет произведен в гардемарины и на следующий год на фрегате «Светлана» совершил дальнее двухлетнее плавание. Он участвовал в войне с Турцией, проявил храбрость и распорядительность, за боевые подвиги был удостоен высоких наград. В 1882 году вернулся в Россию, произведен в капитаны гвардии и зачислен в лейб-гвардии Измайловский полк, где в течение 7 лет командовал ротой Его Высочества.
   С юных лет у Константина Константиновича проявилась любовь к искусству. Имея хорошее музыкальное образование и будучи неплохим пианистом, великий князь возглавил российское музыкальное общество,переписывался с П. И. Чайковским, помогал молодым композиторам. Под псевдонимом К. Р. писал стихи и издал несколько сборников. «Колыбельная», написанная К. Р., стала широко известна по всей России.
   Находясь на службе в Измайловском полку, К. Р. создал великолепную полковую библиотеку и с близкими по духу друзьями основал литературно-драматическое общество «Измайловские досуги». Он написал имевшую большой успех в начале века пьесу «Царь иудейский» и сам в ней играл роль Иосифа Иеремии. При Александре III был президентом Академии наук, а в 1900 году возглавил Главное управление военно-учебных заведений.
   По вступлении в должность главного начальника военно-учебных заведений великий князь совершил объезд всех кадетских корпусов. Двух месяцев тесного общения в непринужденной обстановке ему хватило для ознакомления с постановкой воспитания и обучения кадетов, знакомства с административным составом корпусов. В приказе по военно-учебным заведениям (1905 г., № 5) указывалось на желательность особым удвоенным вниманием к жизни кадетов выпускных классов придать им более развития, серьезности и самосознания. Для этого рекомендовалось «прочтение подходящих книг и разговор с воспитателями, устройство для 7-го класса удобно и уютно обставленных читален» с выпиской периодических изданий. В воспитательном отношении очень полезной оказалась новая организация летних занятий, в особенности образовательных экскурсий кадетов старших классов, и в то же время приняты меры против развития среди них роскоши и франтовства и привычки к жизни не по средствам.
   В течение короткого времени великий князь стал любимцем кадетов. Дело доходило до того, что при посещении им кадетских корпусов с его шинели срезали на память пуговицы, после посещения им столовой корпуса разбирали столовые приборы, стремились получить у него автограф.
   Константин Константинович скончался 15 июня 1915 года в возрасте 57 лет. В похоронах приняли участие Пажеский корпус, сводные роты кадетских корпусов. Имя великого князя носил Одесский кадетский корпус. После эмиграции из России кадетских корпусов имя великого князя было присвоено кадетскому корпусу в Югославии. Он просуществовал до 1944 года.
Литература:
Из опыта кадетских корпусов и военных гимназий в России. М. 1958. С. 45—50). (Устав для Пажеского Его Императорского Величества корпуса — РГВИА. Ф, I (Канцелярия военного министерства). Оп. 1. Ед. хр. 958. Л. 242—248).
(Цит. по: Левшин Д. М. Пажеский корпус за 100 лет (1802—1902). СПб., 1902. С. 593).
(Цит. по: Левшин Д. М. Указ. соч. С. 254).
(Милорадович Г. А. Материалы для истории Пажеского ЕИВ корпуса, изданные флигель-адъютантом графом Г. А. Милорадовичем. Киев, 1871. С. 43).
РГВИА ф.725, оп.48, д.339.
Журнал «Кадетская перекличка», 1972 г., № 2.
Военная энциклопедия, т.13, СПб., 1913 г., с.132.
Немотин Г. Великий князь Константин. Пт., 1916 г.
Журнал «Военная быль», 1956 г. № 19.
Там же, 1971 г. № 19, с.32.
Красавин О.А. В Суворовском кадетском корпусе, М., изд. Менеджер, 1999 г. 80 стр






Назад к содержимому